Ноги из глины

 – Маленький капрал сглотнул, а потом выпалил с решимостью человека, желающего выложить все как на духу и покончить с этим: – Так что мы сделали чучело из соломы, сэр, чтобы оно красиво горело, когда мы вечером бросим его в костер. Будет салют, сэр! – веско добавил он.

Ваймс сидел с непроницаемым видом. Шнобби предпочитал, когда на него кричали. Он всю жизнь слушал чужие окрики. С этим он худо-бедно научился справляться.

– Никто не захотел быть Стариной Камнелицем, – сухо сказал Ваймс.

– Потому что Камнелиц проиграл, сэр.

– Проиграл? Железноголовые Ваймса победили. Он полгода управлял городом.

Шнобби снова поежился.

– Да, но… все в нашем обществе говорят, что это случайность, сэр. Что ему просто повезло. В конце концов, у противника был перевес всего-то десять к одному. А еще у Камнелица были бородавки, и вообще он мерзкий тип, если уж на то пошло. Он отрубил королю голову, сэр. Хорошие люди так не поступают. При всем уважении, сэр.

Ваймс покачал головой. Какая, в сущности, разница? (Хотя разница была, и существенная.

– Ладно, я понял, – сказал он. – Знаешь, это даже забавно. Потому что мне кое-что еще надо тебе сказать.

– Да, сэр? – спросил Шнобби с явным облегчением.

– Ты помнишь своего отца?

Шнобби снова перепугался.

– С чего вдруг такие вопросы, сэр?

– Чистое любопытство.

– Старика Сконнера, сэр? Да не то чтобы. Я особо его и не видел, кроме того случая, когда пришла военная полиция и вытащила его с чердака.

– А что насчет твоей, м-м-м, генеалогии?

– Все это враки, сэр. Нет у меня никакой генеалогии, что бы вам ни наговорили.

– Ох. Ладно. Э… ты же не знаешь, что такое «генеалогия», да, Шнобби?

Шнобби поерзал на стуле. Он не любил, когда его допрашивали стражники, особенно учитывая, что он и сам был стражником.

– Я в словах не большой мастак, сэр.

– Тебе ничего не известно о твоих пращурах?

На лице Шнобби снова отразилось смятение, так что Ваймс быстро добавил:

– О твоих предках.

– Только о старике Сконнере. Сэр… если вы так подводите к тому, чтобы спросить о тех мешках с овощами, что пропали из лавки на улице Паточной Шахты, знайте, что я не…

Ваймс неопределенно махнул рукой.

– Он тебе… ничего на память не оставил?

– Парочку шрамов, сэр. И этот злосчастный локоть, что ноет на погоду. Всегда вспоминаю старика, когда ветер дует со стороны Пупа.