Проклятый король и я

Это что же получается – король ускакал, принцесса пропала, и… никого?

– Вот! – принцесса гордо обвела рукой царство кастрюль и сковородок.

Кухня. С королевским размахом, но видно, что здесь давно никто не бывал. Пыльно, грязно. Бедные повара, поварихи и поварята… Охотники, посудомойки, мясники. Все они остались без работы! А бабушки-старушки, торгующие пирожками? Ужас! Это же настоящий финансовый кризис.

– Вы умеете разжигать печь? – спросила я у Златы.

Хотя, наверное, надо было бы спросить, откуда принцесса знает о том, где во дворце кухня.

– Мне всегда нравилось сюда пробираться, – призналась со вздохом девочка. – Я разжигала огонь в очаге, и мне казалось, что вот сейчас, ещё чуть-чуть – и всё будет хорошо. Вернётся мама. Будет горячий хлеб. Горячее молоко.

В голосе юной принцессы слышалась тоска.

Тем временем я провела ревизию на кухне. Нетрудно вообразить, как она выглядела, когда тут трудились десятки людей. Крики, запахи, звон ножей. Эх…

Я с трудом нашла молоко, яйца и масло.

– Хлоп!

Что-то гулко взорвалось в воздухе ядовито-зелёным дымком и… На сковородке осталась лишь едва заметная кучка пепла. Я замерла, не веря собственным глазам.

Как так?

– Ну вот! – вздохнула принцесса. – А я почти поверила в чудо. Пойдём, Баязет.

– Погодите, – нахмурилась я, чувствуя, что что-то в этой истории не сходится. Король сказал, я – ведьма, и можете мне не верить, но я с этой мыслью свыклась, и теперь внутри взыграло нечто сродни профессиональной гордости.

Принцесса развернулась ко мне и задумалась.

– Что здесь происходит? – раздался надменный, недовольный женский голос. – Вот вы где, несносное дитя!

Кекс вместе с леди-бантиком (имя уж больно мудрёное, не запомнила я) слаженно забежали за спину хозяйкам, трусливо поджав хвосты, и вполне себе дружественно переглянувшись друг с другом.

Так-то, господа! Настоящая дружба познаётся в беде, и что-то мне подсказывает, ждёт этих двоих в данном плане большое будущее.

Глава 3

«Это ещё кто? – спросили мы с Кексом друг у друга взглядами. – И почему она повышает голос на нашу принцессу?»

Баязет печально опустила голову – белоснежный бант поник, закрыв догу один глаз. Большая, грозная собака (всё-таки дог – это дог, не путать с мопсами) пряталась за хозяйку, подвывая от страха.