Тонкая преграда

 – Почему не пробуешь? Боишься, что я тебя опою и воспользуюсь твоей слабостью? Разве ты сама не согласилась стать моей? – с усмешкой спрашивал Сэт, внимательно наблюдая за тем, как я нюхаю бокал, не решаясь отпить.

– Почему ты меня так называешь? Игнией? Что это значит? И вообще, какой ты расы? Ты ведь не человек, правда? – спросила я, делая первый осторожный глоток, чтобы задохнуться от восхищения и удовольствия.

В напитке не чувствовалось алкоголя, только… даже не знаю, с чем сравнить. Назвать соком это искристое счастье просто не повернулся язык.

– Я называю тебя игнией, потому что ты игния моего круга. Я пир, и мой огонь принял тебя. Ты действительно хочешь поговорить об этом сейчас, цветочек? – хрипло спросил Сэт, подходя вплотную ко мне и вынимая из моих пальцев опустевший бокал.

Его ответы вызывали ещё больше вопросов, но Сэтар был прав, сейчас, когда его губы так близко, а в глазах переливается серебром желание, мне меньше всего хотелось болтать.

Глава 4. Таинство страсти

*

Я не эксперт в алкоголе и вообще пробовала его всего раза три за всю жизнь, но могу сказать, что напиток пиров оказался на редкость коварным. У меня не кружилась голова и я абсолютно чётко осознавала всё, что происходит, но все мои чувства как будто включились на максимум. Иначе как объяснить тот факт, что от простого соприкосновения ладоней я млела, забывая о всякой осторожности.

Сэтар не делал ничего пошлого, он просто разминал мои пальцы своими крупными горячими ладонями, скользил длинными пальцами по нежной коже, а я готова была стонать от удовольствия. Сэт оставил в покое мои ладони, продвигаясь по предплечьям до тонких ключиц, обрисовывая их контур.

– Не передумала играть во взрослые игры, игния? Учти, как только мы окажемся в постели, я не отступлю, – серьёзно сказал мужчина, рисуя узоры поверх тонкой ткани моего платья.

Его легчайшие касания ничем не напоминали те обезьяньи ужимки, когда кто-то из одногруппников, потеряв надежду меня завоевать, пытался облапать своими потными ладошками. Я чувствовала, как отяжелела грудь, как болезненно сладко сжались соски, ощущала, как тепло внизу живота скручивается в требовательное, почти болезненное томление.

– Не передумала. Только… – немного замялась я, не зная, как сказать то, что меня тревожит.