Не подарок для драконов

А что? Во сне меня никто не убьёт, а если я уже того, то тем более бояться поздно.

– Хм. Странная ты. Ты что, совсем ничего не помнишь? – уже с любопытством спросил мой странный собеседник, наблюдая, как я вытираю тыльной стороной руки сок с подбородка и тянусь за следующим плодом.

– Ну почему же? Всё помню: себя, хоспис, в котором пролежала недвижимостью неизвестно сколько времени, а вот как здесь очутилась – не знаю. Умерла, наверное. Домечталась, блин, – хмыкнула я, смакуя второй вкуснейший персик.

– И всё равно непонятно. Души ушедших сюда не попадают. Это мир хранителей, таких, как я, – сказало чешуйчатое чудо, хвастливо поворачиваясь передо мной разными боками.

Местное солнышко ощутимо припекало мне оголённые плечи, но под ветками было хорошо и прохладно.

– И много вас тут таких хранителей? – из чистой вежливости спросила я, оттягивая подол широкой юбки (сойти с ума, розового цвета!), чтобы нарвать в неё персиков и присесть в теньке под ветками.

Никогда не носила таких жутких платьев а-ля принцесса, но определённое удобство в них было – персиков помещалось много.

– Хранителей много, но я такой один, – гордо задрав зубастую пасть, сказал мой странный собеседник. – Слушай, угости персиком, а? – попросил он, бочком приближаясь ко мне.

– Легко, – согласилась я, отсыпая ему половину собранного добра, прежде чем уселась на траву и опёрлась спиной на шероховатый ствол. – А сам чего не собрал? – спросила я, наблюдая, с какой жадностью мелкий ящер поедает плоды.

– Они мне не даются. Ивейли – хранитель дриад – обиделась на меня, и вот, – сказал дракошка, потянувшись к ветке, но она, как живая, отодвинулась от ящера ровно настолько, чтобы тот не смог достать персики.

– Всё чудесатей и чудесатей, – хохотнула я и, встав, высыпала страдальцу остатки фруктов. От меня ветка не пряталась, а как будто наоборот склонялась ниже, позволяя выбрать самые вкусные и спелые плоды.

– Так всё-таки, почему ты здесь? И почему ты сказала, что домечталась? – забавно чавкая и слизывая сок, спросил гордый хранитель неизвестно кого.

– Да ничего интересного. Там, в своём мире, я долго болела. Двигаться не могла, а просто лежать скучно, особенно когда телевизор мне забывали включить, вот я и фантазировала.