Наг

Остро сопереживая змею, я не испытывала брезгливости от неряшливого вида бывшего пленника.

В голове мелькали воспоминания и мысли, всё сильнее раздувая мой страх перед грядущим. В том, что лиер мне не простит подобной дерзости, я не сомневалась, от этого на душе было гадко. Меня не сильно беспокоило неодобрение эльфа, но было просто страшно за родных, которых я подвела своим необдуманным поступком. Только могла ли я поступить иначе? Глядя на изможденного нага, я понимала, что нет. В данный момент худой и грязный мужчина со змеиным хвостом не вызывал у меня того трепета, что при первой встрече, но видеть разумного, с которым так бесчеловечно обошлись, знать, что могла хотя бы попытаться помочь и не сделала этого, было бы невыносимо.

Ингерд. Интересно, как ему удалось уговорить отца? С одной стороны, было досадно, что друг побежал докладывать о моих проделках папе, а с другой – я была безмерно благодарна ему за смелость, ведь если бы не это, то сейчас мы с Софи наверняка оправдывались бы перед архимагом Магистериума или, что еще хуже, перед самим лиером.

Ближе к утру, резко дернувшись, карета остановилась. Наг встрепенулся и освободил мои ноги. Его захват был несильным, но от неподвижности конечности затекли, и я была рада размяться. Выскочив на улицу, я стала оглядываться.

В предрассветных сумерках лес, окруживший небольшой деревянный коттедж, казался волшебным. Пушистые шапки снега на деревьях придавали этому месту сказочное очарование, напоминая о том, что через несколько дней будет праздник Перелома.

– Скорее заходите в дом, – хрипло сказал отец. Выглядел он неважно. От холода и усталости его лицо приобрело нездоровый красный оттенок, а губы, наоборот, посинели.

В доме было на удивление чисто и даже вполне уютно, благодаря амулетам, только холодно. Ингерд помог отцу растопить камин, а мы с Софи разогрели пироги с мясом, заботливо уложенные кем-то в корзину.

Ели молча, осмысливая то, что произошло, но, как ни странно, отец не спешил ни с обвинительными речами, ни с расспросами.

Исподволь я наблюдала за нагом: мужчина хоть и давно не питался нормально, что было видно по его чрезмерной худобе, но ел аккуратно, понемногу откусывая мягкое тесто и запивая горячим чаем.

– Папа, прости. Я очень виновата, но не могла поступить по-другому, – не выдержала я, опуская глаза.

– Я знаю, – с тяжким вздохом ответил отец. – Тебе не за что извиняться. Рано или поздно всё это произошло бы, не с нагом, так с кем-нибудь ещё.