Дарующая счастье

Какого чёрта? В конце концов, рабство отменили более тысячи лет назад, я имею право хотя бы на личные вещи.

Мы заговорили с Виласом одновременно, только ответы наши были полярно противоположными. «Да», – сказал командор. «Нет», – ответила я.

Все трое мужчин – ну, я так думаю, что в скафандрах всё же мужчины – замерли и вопросительно уставились на меня.

– Я не согласна. Пусть меня судит трибунал. Я не вещь! Мало того, что мне отдали абсолютно аморальный пожизненный приказ, так даже не позволяете забрать вещи и проститься с единственной семьёй, которая у меня есть.

На глаза навернулись злые слёзы. Всё, к чему я стремилась столько лет, перечёркнуто сейчас. Меня, скорее всего, расстреляют, ведь в приказе указан высший приоритет, но чёрта с два я позволю превратить себя в игрушку богатенького избалованного мальчика! Кстати, почему именно я, ведь в конфедерации миллиарды женщин? Я озвучила вопрос, и снова воцарилась напряжённая тишина.

– Так решено. У тебя нет выбора. Мы отправляемся немедленно, – более громко произнёс один из скафандров и кивнул другому, но тот не сдвинулся с места.

– Пусть соберёт вещи и попрощается, прошу, – проскрежетал второй. – Если мы позволим проститься, ты не станешь противиться?

Мне только что дали понять, что в случае отказа просто поволокут, невзирая на возражения, поэтому я решила согласиться.

– Не буду, – с трудом выдавила я.

Рядом облегчённо вздохнул командор.

– Ну и прекрасно. Думаю, господа раалийцы не настаивают на суде над капралом Мэтьюз, и мы можем забыть о её небольшой слабости? – заискивающе спросил Вилас, вызывая у меня тёплое чувство благодарности.

Стало даже немного стыдно за эту истерику, но оставить всю свою жизнь в прошлом и не забрать даже памятных вещей я не могла.

– Никаких судов и наказаний. Она наша, – бескомпромиссно произнёс тот, кто отдавал приказы. – Мы пройдём вместе с Виорикой и позволим собраться, но не выпустим её из поля нашего зрения, – заявил этот наглый тип, заставляя меня скрипеть зубами.

– Разумно. Думаю, капрал не возражает. Правда, девочка? – с нажимом произнёс командор, намекая, что лимит моих выкидонов на сегодня исчерпан.