Пять/три

Как прошёл к воде, кораблик в ладонях держит, да так и почесал пешком в воду. И всё, и исчез. А после небо засияло. Вот я с тех пор и… Хожу, встречаю, провожаю. Много их скитается-то, как видишь.

Толик ошарашенно молчал. В голове у него была каша, а в ушах звенело.

– Почему у этого моряка на бескозырке было написано старыми буквами, как до революции ещё?

– Ну, долго скитался. У души нет ни пространства, ни времени, у них там свои системы координат. Мало ли как оно.

Толик покивал, будто соглашаясь.

Но ни с чем он не соглашался, на какой-то момент он даже подумал, что пошёл всё-таки в Китовый попить пива, выпил его там литров пять и теперь валяется где-нибудь, и всё ему только кажется. Но нет, здесь, в сознании.

– Выходит, это утопленники? Отовсюду – хоть из прошлого века, хоть с экватора?

– Понятия не имею, – пожал плечами Потапыч, – вроде наши все, говорят по-нашему. Утопленники или нет – я об их кончине не расспрашиваю. Они и без того после смерти чёрт-те что пережили, чего бередить-то? Вот такая вот ситуация, Толик.

Они ещё постояли снаружи, потом маячник ушёл, оставив Толика переваривать. Но тот не мог. В его мыслях плясали огни, скитались души, и всё, во что он верил до этого, поплыло, как марево. Вроде есть, а вроде и нет. А может быть, у него как раз это самое, меряченье? И ему всё только кажется?

В эту ночь Толик ещё долго не ложился. Он бродил вокруг маяка, глядя то на его свет, то на сияние, которое становилось всё бледнее, пока не затухло окончательно.

Он вернулся в домик, только когда совсем замёрз. Всю ночь ему снилось, как небо подхватывает его и уносит, и он болтается где-то там и постоянно ищет один-единственный огонёк в темноте.

О скитальцах они с Потапычем больше не заговаривали. Жизнь шла своим чередом – днём работа, вечерами – ужин, шахматы, обход. Ничьих потерянных душ к ним не прибивалось, хотя небо иногда сияло: «Ну, я же не один такой», – пожимал плечами маячник.

Как-то раз Потапыч ушёл в Китовый, сразу после завтрака.

– Туда сегодня должны привезти всякое полезное – керосин, пару запчастей. Остаёшься за главного.

Что поделать, главный так главный. Днём погода испортилась. Налетела метель, по всем углам завыл ветер, дорогу замело. Толик было вышел на улицу, но не увидел ничего ближе метров пяти и поспешил укрыться от непогоды. Так и пришёл вечер – раньше, круче налетела темень. Теперь сюда из Китового не то что пешком – и на машине не добраться.