Звездное небо. Книга 2

И в таком удовольствии себе отказывать просто вредно. Вон как их полномочного представителя перекосило! Смотреть приятно. Но вот идти на серьёзный конфликт с лучшими бойцами Галактики – это просто сумасшествие. Особенно когда речь шла о только-только обретённой единственной… Как они там своих жён называли? Что-то с их спутником связано… Луна? Э'тили? Как-то так. Романтично и достаточно бессмысленно.

Между тем тёмный опять продемонстрировал нежданную выдержку.

– Мы готовы ответить на любые вопросы, связанные с событиями на планете торговцев.

– В том числе и финансовые? – опять не сдержался светлый.

– А чем нынешнее состояние финансов вас не устраивает? – проснулся гном. – По-моему, всё образовалось как нельзя лучше.

– Для кого лучше?

– Для всех! – Гном даже удивился. – Гильдия не успела обрушить рынки и банковскую систему. Активы были вовремя выведены. И, к чести восставших, они не стали присваивать себе правительственные фонды. Ни наши, ни остальных членов совета.

– Зато они хорошенько прошлись по счетам частных лиц!

Теперь на светлого с недовольством смотрели все. Вот с чего его понесло на взлёт? Родственников в торговле у него не было, на Альраме никто из его родных не пострадал. А если, как вариант, у него были какие-то дела с погибшими торговцами, которые увлеклись рабовладением – так это афишировать не следует. Прибыли прибылями, но…

– Лидер восставших лир Ро'Морак утверждал, что они реквизировали деньги тех, у кого были рабы, – заметил лур.

Он вспомнил, как рыдали Наташа с Дашей, когда об этом стало известно. А ведь им сразу сказали, что всё можно исправить. Времени с момента вмешательства прошло немного. И проходимость маточных труб, которые эти твари просто спаяли, ещё можно вернуть.

Ра'Хард пришёл в себя, когда понял, что члены Галактического совета, включая его собственного представителя, как-то затихли. И стараются не дышать, изо всех сил сливаясь с мебелью.

Он понял, что уже сжимает в руке парадный кинжал, жалея, что боевое оружие на заседание проносить запрещено. Волосы от гнева поднялись облаком, и это зрелище, скорее всего, впечатлило собравшихся.