Звездное небо. Книга 1

– С кем будем связываться в первую очередь? – он кивнул на листок бумаги, где Наташа вчера написала с десяток номеров тех, кого надо поставить в известность, что она жива.

– Если можно… – Она оттарабанила несколько десятков знаков на галакте.

Владыка нахмурился – этого номера в списке не было. Да и на номер он походил мало. Скорее…

– Запасной канал связи? – одобрительно хмыкнул безопасник. – Предусмотрительно.

На экране появился высокий, явно пожилой землянин. Мощная, чуть раздавшаяся фигура. Руки огромные.

– Натка! – завопил он. – Живая!!!

Женщина между тем сидела неподвижно и, похоже, не дышала.

Владыка, который стоял у нее за спиной и чутко считывал все ее эмоции, вдруг понял, что она хотела увидеть. Чуть улыбнулся. И дал ей эту иллюзию.

– Девонька! Тьфу ты, забыл совсем!

Руки его замелькали, передавая сообщение.

Наташа выдохнула.

– Ты как? – спросил у нее мужчина.

В ответ Наташа тоже замелькала руками, что-то проговорив на русском, как назывался ее родной язык, в отличие от общеземного, который владыка уже худо-бедно понимал.

– Добро. Передам. Главное – живая!

И, еще раз окинув темных недобрым взором, мужчина отключился.

– Это кто? – поинтересовался владыка.

– Это? – подняла на него синий спокойный взгляд женщина. – Это мой сосед.

Темные воины сами активно пользовались языком жестов, поэтому соседа оценили.

– Луре еще будет угодно с кем-то поговорить? – уточнил начальник службы безопасности.

– С детьми, – выдохнула женщина.

Владыка напрягся. Вот это было самое сложное – заставить поверить мать, которая интуитивно чувствует своих детей, в то, чего на самом деле нет. Но его охватил азарт. Все равно все будет, как он пожелает.

Лир Ро’Карси набрал номер.

– Да, – глухо откликнулась зареванная девчушка лет восемнадцати, очень похожая на землянку.

Увидела женщину и пронзительно закричала:

– Мама! Мамочка!!!

Все увидели, как к девушке бежит мальчишка приблизительно того же возраста.

Дальше плакали все трое. На мостик влетел лекарь, шипящий, как потревоженная змея. Он наорал на всех: и на маму, и на детей. Заставил луру выпить успокоительное. Сообщил детям, что нервничать уважаемой пациентке нельзя. Что все живы – и пусть радуются. Но спокойнее.

На этом сеанс связи закончился.