Самая длинная ночь в году

До того момента, когда Андрей Николаевич постучал в дверь ординаторской. До того, как я подарила ему на зимние праздники самый мощный артефакт, останавливающий кровотечение. А он мне – защитный амулет, выполненный в том же стиле, что и артефакт энергии, который отдал мне за своё спасение.

Уходя, он попросил разрешения пригласить меня на завтрак.

– Я, конечно, понимаю, насколько вы будете вымотаны, но так хочется встретить это утро с вами…

Ответила согласием.

В последнее время мне казалось, что между нами есть какая-то недоговорённость.

Что-то он мне пытался то ли сказать, то ли, наоборот, не говорить. Это всё рождало странную печаль в глазах, когда он смотрел на меня.

Чаще всего я не помнила об этом, но иногда…

Иногда – но не сегодня.

– Море? – с изумлением выдохнула я, оглядевшись по сторонам.

– Море! – весело ответили мне. – В этой бухте оно никогда не замерзает. Это юг Поморья.

Я огляделась. Большой деревянный дом, терраса нависает прямо над волнами. От перспективы у меня захватило дух.

– Где мы? – спросила я.

– Это мой дом. На юге.

– Ещё одно любимое место?

– Самое любимое.

Мысль о том, что, наверное, не совсем прилично оставаться наедине в его доме, мне в голову как-то не пришла. В моём же мы оставались…

– А как спуститься вниз? – Мне стало весело.

– А как же завтрак? – передразнил он.

Я жадно смотрела на волны.

– Хорошо, – смирился Андрей Николаевич. – Море так море. Только ступеньки крутые. Осторожнее.

Я сидела на камне, опустив пальцы в воду.

Отогнать меня от воды у Андрея Николаевича не получилось. Зажмурившись, вдыхала солоноватый запах, слушала рокот набегающих на берег волн.

– Море мне снилось, – вырвалось у меня. – Родители и сестра – нет. А вот море… Каждый раз, когда я вспоминала, как когда-то была счастлива, мне снилось море. Только не северное, не то, что в столице. Оно другое. И запах. И ощущение от него. Я, когда уже стала работать, в выходные как-то поехала на залив. И… сказки не получилось.

А это… Это чудо!

Открыв глаза, я посмотрела на Андрея Николаевича. У него было какое-то странное выражение лица.

Я торопливо стала подниматься с камня:

– Я вас задерживаю… Простите.

Мне подали руку:

– Вы? – удивился он. – Нет. Просто я задумался.

– Пойдёмте завтракать…

А потом мы поднимались вверх по ступенькам, и он меня почти обнимал. И я не протестовала, потому что мне было настолько хорошо, что я боялась верить в происходящее.