Она написала любовь

Романтика…

Девушка сосредоточенно смотрела в одну точку и вдруг резко повернулась:

– А вам не приходило в голову, что дорога – одна. И если это не просто безмозглые грабители, то…

– Где-то впереди – засада?

– Именно.

* * *

– С вами все хорошо?

Агата вздрогнула. Очнулась.

– Не забыть бы, – пробормотала она, избегая смотреть в незнакомое лицо мужчины.

Эльза и Грон сидели на заднем сиденье мобиля. Черная с синим отливом шерсть, торчком стоящие ушки, смешная борода Грона, вечно подрагивающий от любопытства хвостик Эльзы – все это исчезло.

Низерцвейги стараниями артефактора превратились в валльских пастушьих собак. Золотистая волнистая шерсть, длинные хвосты. Ушки так же стояли торчком, но были более округлой формы. А глаза… Глаза остались прежними – четыре драгоценных кристалла, которые Агата за последнее время успела полюбить.

Удивительно, но она по-прежнему читала настроение своих новых друзей, слышала у себя в голове их мысли. Личина собак совершенно ей не мешала. Чего не скажешь об их хозяине.

– Вы придумывали вашу историю?

– Я? Да… – смутилась Агата.

Она вдруг заметила, что глаза у Эрика тоже остались прежними: серыми, внимательными. И стало легче. Она улыбнулась и ответила:

– Мои герои уходят от погони. Они даже не знают, за кем из них охотятся.

– Понятно.

– Скажите… Как можно остановить мобиль преследователей? Чтобы допросить?

– Пусть стреляют по передним кракам, – предложил Эрик, – самые крупные кристаллы управления в большинстве моделей встраиваются именно туда.

– Ночью? В мобиль, что несется на страшной скорости? Вы же знаете – кристаллы можно приглушить и мобиль в ночи почти не будет виден. Именно так поступают во время преследования преступников.

– «Страшная» скорость… – передразнил, потом задумался. – Гвозди по дороге рассыплют?

– Скажите, вот у вас есть в машине гвозди? – возмутилась писательница.

– У меня – нет. Но я и не спецагент под прикрытием.

Они уже въезжали в Лаутгард, когда Эрик вдруг проговорил:

– У кого-то из них может быть кристалл, испускающий свет.

– Чтобы спровоцировать аварию! Замечательно!

Агата так искренне обрадовалась, что барону стало легче. Артефактора огорчала явная неприязнь женщины к выбранному им образу. По правде говоря, он считал эту личину приятной. Намного приятней себя реального.

Они остановились.

– Сначала к адвокату, – предложил он.