Империя Тигвердов. Танго в пустоте

– Кстати, где она?

– В лес загнал – как и обещал.

– Бедный мой «пыжик»! Как ему там страшно…

– Страшно становится мне, когда представлю, как оттуда выковыривать машину.

– Денис… О машинах. Сколько я тебе должна за уничтоженную «Ауди»?

– Просто живи, – обнял он меня.

– Прекрати, – попросила я. – Она же денег стоит. Мне вот поместье все-таки всучили. Так что меня это не напряжет.

– Барыня, – рассмеялся он. – Крепостными еще не обзавелась?

– Денис, – возмутилась я.

– Ладно, разберемся.

И они стали собираться.

– А ужин? – всплеснула руками мама, осознав, что двое гостей уходят голодными.

Но Денис и Луиза уже исчезли.

– Так и не спросила, как они познакомились, – огорчилась я.

Первая легкость после коньяка ушла, и стало понятно, что все-таки перебрала. Поэтому отправилась спать пораньше. Спать! Но стоило закрыть глаза, как я оказалась в лесу.

Ночь. Костер. Милорд Верд…

– Зачем ты приходишь? – спросил Ричард, избегая смотреть в глаза.

– Поиздеваться над собой, не иначе, – злобно отвечала я. Ведь хотела просто поспать. Что ж такое!

– Над собой?! – прорычал мужчина.

– Все-таки хорошо, что это сон, – проворчала я, усаживаясь у костра и уставившись в огонь.

– Ты считаешь, что это сон?

– А что еще…

– Тогда что же у тебя в реальности?

– Я напилась. Денис теперь с Луизой, представляешь. Император помиловал ее. Милфорд просил прощения. Ирвин лечит Феликса. А я пошла спать.

– Кто такой Феликс?

– Еще один мой приемный сын.

– И сколько у тебя детей все-таки?

– Теперь трое.

– И что потребовал император за прощение преступницы?

– Поговорить с тобой, когда ты об этом попросишь.

Ричард нахмурился.

– Я могу считать, что выполнила уговор с его величеством? – спросила у него.

– Нет, – улыбнулся он. – Я не хочу с тобой разговаривать.

– Чего же ты хочешь?

– Прочитай мне стихотворение. Как тогда. В поместье.

– Странный ты, Ричард… Говорить не хочешь, а стихи слушать… Ладно.

Я уставилась в огонь костра. Подумала. Вспомнила. И слова понеслись сквозь сумрачный печальный лес, поднимаясь все выше и выше… К звездам, наверное:

И ветер, и дождик, и мгла

Над холодной пустыней воды.

Здесь жизнь до весны умерла,

До весны опустели сады.

Я на даче один. Мне темно

За мольбертом, и дует в окно.

Вчера ты была у меня,

Но тебе уж тоскливо со мной.