Империя Тигвердов. Пламя мести

Дамы за спиной старательно молчат.

«Ричард! – мысленно рычу я, – да оглядись и возьми себя в руки! Мы не одни!!!»

Он наконец приходит в себя, смотрит за мою спину. Его лицо принимает обычное для общения с посторонними отстраненно-надменно-насмешливое выражение.

– Маркиза, – чуть склоняет он голову, не выпуская, впрочем, мои плечи.

– Ваше высочество, – нежный женский голосок невинно звенит серебряным колокольчиком.

– Вы уже закончили вашу… беседу? – обращается ко мне Ричард, и насмешка в его голосе становится отчетливее.

– Да, – киваю я.

– Чего-то подобного я и ожидал, – иронично отзывается он. – Маркиза, вы предсказуемы.

Я обернулась, чтобы увидеть, как хозяйка дома поднимается и склоняется в придворном реверансе. При этом ее глаза сверкнули ненавистью, которую ей не удалось скрыть, несмотря на то что она явно старалась это сделать.

– Герцогиня Борнмут… – продолжил сын императора. И герцогиня – сверкая надменной красотой совершенной статуи – тоже была вынуждена подняться и склониться перед нами.

– Графиня Троубридж… – обернулся принц Тигверд к третьей участнице наших милых посиделок. Дама была бледна, и в ее синих глазах явно читалась растерянность. – Вас я, честно говоря, не ожидал здесь увидеть.

«Троубридж… – стала вспоминать я. – Это, получается, мама студента из Академии. Дипломник Ричарда, который у него обедал».

Я старательно отогнала мысль о том, как этот самый юный аристократ пытался меня зажать в коридоре…

«Именно он следил за правилами поведения на дуэли, когда Рэм и Паша сцепились с сыновьями Кромера и Борнмута».

– Общаясь с вашим сыном в стенах Академии, я подразумевал, что и его семья – вполне лояльные к императорской фамилии аристократы, – продолжил между тем принц Тигверд.

– К императорской фамилии – безусловно! – все-таки не выдержала хозяйка дома. – Однако…

– Вы оспариваете решение императора? – Теперь в голосе Ричарда было только веселье. – Вы не согласны с тем, что и я, и миледи Вероника принадлежим к семье повелителя? Да вы просто бунтовщица, миледи!

– Его величество волен в своих решениях, – прошипела маркиза.

– Именно так, – склонил голову сын императора. – А его подданные должны уважать эти решения.