Империя Тигвердов. Невеста для бастарда

– И графа Троубриджа с последнего курса, с десятого, притащили, поганцы, чтобы он дуэлью руководил. Все по правилам. Молодцы!

– Молодцы?! – зарычала я.

– Тише! – Милорд Верд прижал меня к себе. – Тише.

А тем временем молодой человек, которого милорд назвал графом Троубриджем, руководил процессом. Послушал отказ противников примириться, дал команду.

И вот уже противники стоят друг напротив друга, обнажив шпаги: сосредоточенный Рэм и мальчишка с изумительно презрительной физиономией.

– Начали! – раздается команда.

Звенят шпаги. Рэм словно сливается с оружием – мальчишка напротив ничем ему не уступает. И я вдруг понимаю, что их дуэль похожа на танец: опасный, смертельный, но удивительно красивый.

В какой-то момент Рэм выстилается по земле, выбрасывает руку вперед – стон его противника, кровь на бедре – и крик графа Троубриджа:

– Остановитесь! Кровь. Проигравший – маркиз Борнмут. Победитель – мастер Рэм Рэ. На этом позвольте объявить дуэль оконченной.

– Нет, – расталкивает гомонящих кадетов какой-то еще недовольный.

 – Я – секундант маркиза, барон Кромер, требую удовлетворения. Пусть секундант мастера Рэ сразится со мной.

– Правила этого не запрещают, – недовольно соглашается с ним граф Троубридж. – Что вы скажете, мастер Пауль Рэ?

– Я согласен. – Бледный Пашка достает шпагу, встает в спортивную стойку, несколько раз прыгает вперед, потом назад. – Готов.

– Начали! – снова командует старшекурсник.

А дальше все происходит настолько быстро, что я не успеваю заметить, что именно делает мой сын.

Какое-то неуловимое, на бешеной скорости движение вперед. Пашка летит навстречу чужой шпаге. Я кричу, но моего голоса не слышно, потому что ахнули все. В последний момент сын изворачивается, меняет траекторию движения, перетекает чуть в сторону – и все понимают, что он невредим, а свою шпагу он вонзил над ключицей соперника.

– Остановись! – орет старшекурсник. – Шпагу не вытаскивай! Барон кровью истечет. Ты ему артерию пробил! Целителя!

Я понимаю, что у меня за спиной никого нет.

Милорд Верд уже появился на поляне и склонился над раненым. А я не могу пошевелиться. Видимо, как ректор академии ни спешил на помощь пострадавшему, кинуть на меня заклинание, чтобы обездвижить, он все-таки успел.

Глава 10

Ночь. Темнота. Если бы меня не обездвижили, я наверняка стучала бы зубами. От холода. А так… Поскольку я была в роли статуи, то даже такого сомнительного удовольствия я была лишена.