Леди-плутовка

Изабел поверила мужу и больше не стремилась подняться в потайную комнату, но уже после смерти Эндрю, когда прочитала письма Батлера, в которых он ссылался на картины, хранящиеся в «укромном месте», у нее появились кое-какие вопросы и она отправилась туда. И нашла доказательства, которые лучше было бы вообще не видеть.

В тот вечер она поехала в Воксхолл, пытаясь отвлечься, и, видит Бог, нашла «средство» в лице Каллума Дженкса.

Это было почти год назад. Странно, как это она тогда нашла в себе мужество для всего: поисков, связи с Дженксом, – то есть мужество сделать то, чего она всегда хотела.

Интересно, наберется ли она храбрости повторить тот опыт?

– Полагаю, – заметил Дженкс, – нам придется подняться по лестнице. Предпочитаете, чтобы я шел впереди, или мне следовать за вами?

– Идите первым, – решила Изабел.

Он обошел ее и вытянул руку с фонарем. Ступеньки были до того узкими, что приходилось идти боком, то и дело задевая плечом о стены. Лестница была винтовой и напоминала те, что обычно строили в башнях замков: сплошь повороты и грубо высеченные ступеньки.

– Вашему мужу было нелегко здесь продвигаться, – буркнул Дженкс, когда шершавое дерево перил зацепилось за сюртук.

– Все неудобства окупались с лихвой.

После этого они поднимались молча: сначала на один этаж, потом на второй. Доски ступенек скрипели под ногами, в воздухе пахло пылью и сыростью. Свет фонаря был слабым, и хотя россыпь световых точек украшала стены, этого было недостаточно.

Наконец, на уровне чердака, перед ними показалась дверь, из-под которой струился приглушенный свет.

Ну вот они и пришли.

Изабел со вздохом протянула Дженксу ключ:

– Откройте, пожалуйста, офицер.

Они вошли в узкую комнату. Угасающий дневной свет проникал сюда сквозь стеклянную крышу. Изабел стояла под ней и смотрела на небо, словно впитывая свет, которого они были лишены во время подъема по тайной лестнице, запасаясь им для спуска.

Она поставила фонарь на пол, наблюдая, как Дженкс сосредоточенно рассматривает окружающее – так же, как ранее письма Батлера.

Потайная комната шла по всей ширине дома. Десятки картин в рамах стояли у стен, закрытые тканью, из-под которой выглядывали позолота и дерево рам. Напротив стены помещался небольшой диван, с которого можно было рассматривать полотна. Тесное помещение пропахло пылью и старым деревом. Здесь было тепло, даже жарко.