Игрок поневоле

Ну и напоследок ты меня со своим Мечом развёл как последнюю дуру, я ничего особенного в нём не рассмотрела, надорвалась в попытках поломать и до сих пор не могу восстановиться.

– Кто ж знал, что ты такая настырная? – Я в бинокль продолжал рассматривать окружающие пространства, стоя почти рядом.

– А мне нечего надеть на себя!.. А тут спор…

– Ничего, зайдём в город, оденем тебя, как подобает баронете. Хе-хе!

– …Хожу в чьих-то обносках, как последняя нищенка.

– Хм! Это ты зря, вид у тебя потрясный!

Удивлённая комплиментом баронета с минуту меня пристально разглядывала, пытаясь отыскать насмешку в прозвучавших словах.

– Так я тебе нравлюсь?

– Не то чтобы очень…

– Тогда почему ты за мной не ухаживаешь?

– Не положено командиру крутить лямуры с подчинёнными, – выкручивался я, внутренне восхищаясь собственными принципиальностью и самобичеванием. – К тому же у вас с Димоном завязались довольно близкие отношения, я просто не имею права мешать товарищу.

– Ага! И вытерла от слёз? Кстати, чего это ты тогда плакал?

Своим вопросом она меня вогнала в такую досаду и тоску, что словами не передать. Ну вот как объяснить, что меня здорово приложило лесиной, и полившиеся слёзы – это естественный защитный рефлекс организма? Всё равно ведь не поверит. Поэтому решил просто её озадачить неадекватным ответом:

– Когда я увидел падающую на меня ниспосланную богами женщину, я вспомнил о своей клятве безбрачия, ужаснулся щедрости небес и заплакал от жалости к своей судьбе.

Сказал это, опустив бинокль, тяжело вздохнул и только потом взглянул на уставившуюся на меня сияду. Не то чтобы сильно, но поразить её удалось. Тем более что я говорил почти чистую правду. Не стану же я подробно пояснять, что клятва такая и в самом деле существовала. Но давал я её в четырнадцать лет, будучи юным и глупым, перенесшим первую несчастную любовь и перед всеми богами поклявшийся, что с женщинами я больше никаких отношений иметь не собираюсь.

Не скажу, чтобы я солгал тогда, клялся от всей души и от всего сердца, но уже через полгода меня захлестнуло новое любовное увлечение. Да и впоследствии я жил с женщинами фактически постоянно, отнимая только то время, что терялось в аэропортах и перелётах между городами.