Драконья академия. Ненавижу тебя, ректор!

Несколько преподавателей разбежались по поляне врассыпную, в блестящем от мороза воздухе вспыхнули магические сети и окутали мертвецов. Те попадали на колени, дергаясь. Что было дальше, я не видела, потому что меня подняли на руки, прижали к себе и куда-то понесли.

Мне не нужно было видеть лицо мужчины, я и так знала, что это Дарк. От него пахло кожей, деревом, и чем-то мятным. Я всегда различала ароматы, а от самых вкусных едва в транс не впадала. Только не в этот момент. Потому что прямо сейчас я чувствовала ярость, исходившую от ректора, и могла только сжаться, умоляя Вселенную испарить меня до того, как мы переступим порог ректората.

Вселенная не услышала.

Меня усадили в кресло небрежно, молча налили горячий чай из пузатого чайника, бросили пучок трав в кружку и впихнули мне ее в руки.

– Анна…

– Пр-р-ростите, профессор, – зубы выбивали дрожь, говорить было тяжело. – Это все я, я открыла дверь… Не наказывайте Алию!

– Алию? – ректор вскинул бровь, глаза на мгновение стали янтарными.

Я сообразила, что только что выдала подругу, но я ведь думала, что это она всех позвала! Вот блинский блин…

– Я не стану разбираться, кто виноват, Анна.

На месте преступления была обнаружена именно ты, а значит и наказание нести тебе. Хотя, я даже не знаю, что вправит тебе мозги! Чем ты думала? Как вообще открыла бестиарий?

– Н-н-не знаю… Я дернула ручку, она открылась и они… они просто выбежали.

– Не лги мне. Здание опутано магической завесой, клетки из магических нитей, на бестиях были магические цепи! Там сотни артефактов на каждом шагу! Знаешь ли ты, сколько времени понадобилось, чтобы понять, какая сила может сдержать бестий?

Я покачала головой и всхлипнула.

Дурацкие слезы обожгли обмороженную кожу лица, и я заплакала навзрыд.

Ректор вскочил и заходил по кабинету, еще сильнее нагнетая атмосферу. Потом рванул ящик стола, зло порылся в бумагах, достал какой-то свиток и бросил передо мной вместе с пером.

– Подписывай.

Что это? Меня выгоняют?..

Я залпом выпила чай, вкус у него оказался таким мерзкимсм, что меня затошнило.

Поморщившись, принялась крутить в руках пергамент, но он выскользнул. Пальцы оказались обмороженными, посинели, я их почти не чувствовала. Жалобно взглянула на ректора.

– Вот, читай, – он развернул сверток и положил передо мной, придерживая края пальцами.

«Виноградова Анна Юрьевна своей подписью обозначает, что прочитала и согласна с приведенными ниже условиями:

Запрещено выходить за пределы замка.