Маг Многоцветья

"Молодец… Райярр".

***

Волшебница по имени Фаралиндэ, Звериная ведьма, грустно смотрела в голубое небо, позволяя ветру играться ее пепельными кудрями, не собранными заколкой.

"Вот так, удивительное дело. Сотни лет я не видела такого, но теперь кто-то смог разрушить мое заклинание, обратить вспять необратимое. Значит ли это, что нашелся человек, готовый жизнь отдать за того мага, человек, который смог его узнать? Я ошиблась, но теперь мое заклинание разрушено и, Учитель, не пора ли и мне уже покинуть этот мир?"

Белые облака с рваными пушистыми краями лениво, будто нехотя, перемещались по небу.

И, как всегда, молчали. Но… Если привыкнуть слышать в шепоте ветра и шелесте травы голоса давно ушедших, то и небесное молчание можно будет понимать иначе.

"Нет. Не пора. Еще немного, но нужно. Еще одно дело. Еще одна стража".

Байлар тихо вошла в полутемную комнату, и еще несколько секунд ее глаза просто привыкали к тени после буйной яркости солнечного дня снаружи.

Здесь тоже было видно небо – в строгом квадрате оконного проема.

Совсем не то, что снаружи – там ведь был ветер… Здесь пахло мятой, которую собирала Байлар, и еще виршей – травой с фиолетовыми цветками, Память-травой, о которой в народе говорят, что она помогает заплутавшим вернуться домой.

"Что я могу сделать, чтоб помочь и тебе?"

Байлар смотрела в лицо спящего Райярра. Он выглядел мирным и очень спокойным, и чем дольше Байлар смотрела на него, тем больше хотелось смотреть еще, но от этого становилось только грустнее.

"Прости…"

Она бережно провела рукой по его волосам.

"Прости меня… Сег все правильно заметила. Если бы я была умнее… если бы я просто слушала то, что ты мне говоришь… Ты ведь сказал, что никогда не был в той части Рандаира. Если бы я больше верила тебе… ты не ушел бы так скоро. Такого могло бы не случиться".

Девушка горько вздохнула.

– Эй, Райярр, – прошептала она, приблизив к нему лицо. – Возвращайся уже. Я же знаю, что у тебя все получится.

"Потому что ты узнал меня".

С момента, когда заклятие пало, минуло уже несколько дней, но Райярр до сих пор не пришел в себя. То есть, физически он просыпался, но ничего вокруг не видел и ни на что не отзывался, будто пустая оболочка, живая – но без души.

– Он не знает, что он человек, – сказала Байлар, когда Канан в очередной раз спросил ее о Ярре.

– Как это? Он не станет прежним?

– Его тело в порядке, – вздохнула Байлар. – Его душа – нет.