Пульсация

– Парень, ты не ошибся вселенной?

– Я хочу работать на вас, – повторил Манул. Месяцы работы над голосом позволили ему погасить дребезжащие нотки в голосе, он звучал так спокойно и уверенно, что сам начал себя немного уважать.

Койот завыл, но Лев осёк его взмахом руки, в которой была сигара:

– Подожди, – он повернулся к Манулу. – Ты кто такой? Я тебя раньше не видел в городе.

– Я не местный. Дальний родственник Гепарда. Возьмите меня к себе.

Льву понравился неказистый дальний родственник Гепарда, он вообще любил мелких и некрасивых животных, они всегда были самые отчаянные.

Хоть Койот с Гризли были против, Лев решил взять Генри на дело.

(Да-да, Манул только потом понял, что киски дают «Генри» чуть ли не реже, чем манулам, но на тот момент ему показалось, что Генри очень идёт элегантному мафиози в шляпе с сигарой, каким он рассчитывал стать, эволюционировав из своей подростковой бейсболки.)

Первое дело было плёвое – сходить в гости к Дельфину и напомнить, кто тут главный. Дельфин задолжал Льву кучу денег, и Койот предлагал его замочить, но Лев только рассмеялся.

Манул «Генри» посмеялся тоже, но скорее нервно, он боялся, что его свеженький окрас гепарда не выдержит контакта с солёной водой. Он предложил сделать все всухую, и Льву это понравилось – только тупой Койот мог не догадаться, что кошки избегают воды.

Генри позвонил Дельфину и назначил встречу на нейтральной территории. Дельфин, ошарашенный такой дерзостью, приехал. Гризли с Койотом тут же связали его, Генри расцарапал Дельфину брюхо, и тот моментально расплатился по всем счетам.

– И чтобы больше мне на глаза не попадался, слышь? – бросил напоследок Генри и помочился Дельфину на хвост.

Койот с восхищением переводил взгляд с плачущего Дельфина на Генри и обратно, пока Гризли не подогнал тачку.

– Уматываем, – прорычал он.

Лев был в восторге, когда Койот в красках рассказал ему, как было дело. Он тут же отсыпал Манулу щедрый гонорар и потрепал его по бейсболке.

– Ты принят, малыш.

Если и можно описать счастье одной картинкой, то для Манула оно выглядело именно так.

Из кабака Буйвола, где происходила встреча, Манул буквально выплыл, окрылённый похвалой и тем, как легко и приятно он только что срубил бабла. Вот теперь-то всё будет как надо.

Идти ему было некуда, в свою старую студию Манул, понятное дело, больше ни ногой. Он проходил мимо высоток в центре, они призывно переливались в ночи инертными газами разных цветов, и Манула осенило – он же теперь богат.