Трэтер – 1

Ты ее и бьешь, и голодом моришь, а она тебя до последнего вздоха защищать будет. Страшно, правда, не оправдать подобное доверие?

– Нам пора выдвигаться на базу. Задание выполнено, – сообщил Гриф, делая шаг назад после предупреждающего рычания одной из овчарок.

– А с ними что? – псы продолжали смирно сидеть у моих ног.

– О них позаботятся, – пообещал Гриф.

– Ведите себя хорошо. Пока, мохнатые, – потрепав напоследок каждого пса по холке, направилась следом за своей группой к вертолету. Собаки, жалобно поскуливая, все же за мной не пошли.

– Расскажешь, как ты их приворожила? – оглянувшись на живность, с явным восхищением спросил Киви.

– Доброта спасет мир.

– Ага, – хихикнул Треф, пройдясь по мне взглядом.

Поднявшись вверх, вертолет завис на пару секунд для разворота, и я глянула вниз. Сердце болезненно сжалось, словно в него со всего маха загнали нож, я невольно заскулила, осознавая, как сильно виновата… Злость, ярость, обида за предательство рванули из самого нутра.

Рванув дверь в сторону, сиганула вниз, не задумываясь о высоте и возможных травмах. Оказавшись перед смертниками, рыча от душевной боли, еле сдерживая слезы, свернула шеи всем троим. И, бросившись к собакам, с трудом сдерживая рвущиеся рыдания, старалась выискать хоть одну из них еще живую. Зачем?! Зачем такая жестокость?! Я отправила их на смерть! Я! Расстрелять собак вот так, без всяких причин?! За что?! Ненавижу людей! Ненавижу!

– Есть! – одна еще дышит. – Киви! Треф! Помогите мне! Он еще жив! Быстрее! Ребята, быстрее!

– Тебя накажут, ты убила троих, – присаживаясь рядом со мной, взволнованно сказал Киви.

– Плевать. Помоги. Найди медика. Его надо спасти! Понимаешь?! Хотя бы его! Если не смогла остальных уберечь. Как же я виновата… как же виновата…

– Ты…

– Не сейчас, Треф. Если он умрет, во мне что-то сломается. Что-то светлое, то немногое, что еще осталось. Понимаешь? Помоги.

– Медика сюда! – рявкнули Киви и Треф. – Быстро!

Всю дорогу, пока мы летели, я гладила лобастую голову, шепча всякую ерунду, что он поправится, я буду кормить его сочным мясом, никогда не надену на него ошейник.

Только пусть выживет.

Мне плевать, какое наказание назначат за тех троих, но если попытаются забрать пса, я больше сдерживаться не буду.

– Успокойся, никто его не тронет. Я прослежу, – дотронувшись до моего плеча, пообещал Гриф.

– Нет, – огрызнулась я. – Ты уже помог, как видишь.