Ученик из болота. Порученец

Если это медкомиссия в академию, то где остальные абитуриенты? Если нет, то куда я попал? Чтобы успокоиться, ушел в медитацию. Черт! Меня чуть не подбросило. Это не та планета, куда я переместился! Как это определил? Очень просто! Сила здесь была другой! Господствовали два элемента, вода и воздух. Правда они были какие-то вялые, сонные что ли. Выходит площадка, это телепорты между планетами! Обалдеть! Они ныряют в телепорты как мы в метро! Прикол, да? Станция море, следующая… Какая? Роща? Как назвать ту, первую планету, с ее парковой растительностью?

После перерыва меня пригласили в комнату, где сидело трое представительных мужчин.

–Олег Москвин. Правильно? Присаживайтесь.– Мне указали на кресло.– Как вы усвоили язык? Готовы поговорить?

Ну, точно! Великие и могущественные решают судьбу смерда! Люди наверное во всех мирах одинаковые, каким бы развитым не был мир. Какую линию поведения выбрать? Можно конечно нагрубить, тем более они сами явно пренебрегают правилами вежливости.

– Совершенно верно. Олег Москвин. С кем имею честь говорить?– Свободно расположился в кресле.

Троица переглянулась, ага… Значит это еще один тест! И похоже я выбрал правильную линию поведения.

– Мы представляем службу безопасности.– Самый старший по виду достал из кармана чип.– Здесь сказано, что вы получили рекомендацию в межгалактическую академию.

– Господа. Вы вынуждаете меня составить о вас негативное мнение. В таком ключе наш разговор не имеет смысла и я вынужден откланяться. Честь имею!– Я встал и вышел.

Так, к черту этот балахон! Пойду переоденусь в форменный китель, в нем мне спокойней.

Мой демарш поспособствовал изменениям или форма кадета, но следующий разговор был уже с другими людьми. Опять трое, но в этот раз присутствовала женщина.

– Добрый день! – Мне навстречу вышел округлый мужчина.– Разрешите представиться, Азелор Маневи.

– Рад знакомству! Олег Москвин.– Я улыбнулся в ответ.– О чем вы хотели поговорить?

Разговор был почти односторонний, меня спрашивали о том мире, откуда я прибыл. Уточняли, выводили на еще более точные формулировки, переспрашивали, но все было очень вежливо и даже увлекательно. Я сам поражался вдруг открывавшимся мне фактам из жизни Лорелеи.