Гражданский спецназ

Внизу, под окнами, на всякий случай также дежурил оперативник.

На денежные знаки номиналом по сто долларов специальным, невидимым обычным глазом составом было нанесено слово «взятка», а номера купюр переписаны.

Сегодня хозяин кабинета вел себя более-менее сносно. Поздоровавшись, он указал Антону на одно из кресел, расположенных за столом для совещаний.

– Что же, Антон Владимирович, – выдержав паузу, вызванную тем, что пришлось поглядеть в записи для освежения в памяти отчества пришедшего, Стретович перевел взгляд на него, – я внимательно ознакомился с вашим проектом и должен вас огорчить: есть ряд неясных моментов, которые требуют разъяснения и доработки…

Он многозначительно посмотрел в глаза Филиппова.

Поняв это как своеобразный пароль, Антон вынул из кармана конверт и протянул его через стол.

Дальше произошло невообразимое.

Сделав недоуменное лицо и подняв руки вверх, Стретович посмотрел на Антона:

– Что это?

– Деньги, – растерялся Антон. – Две тысячи долларов, как договаривались.

Взвыв от негодования, покрывшись малиновыми пятнами и брызгая слюной, Валентин Аркадьевич пулей вылетел из-за стола и выскочил в коридор:

– Хам! Наглец… Мне взятку предлагает!

Мир стал уныло-серым. С застывшей на лице глупой улыбкой Антон вышел следом…

– Ну что, вояка, доигрался? – Следователь закончил оформление протокола, развернул его к Антону. – Прочитай и распишись на каждом листке снизу, а в конце…

– С моих слов записано верно, замечаний и дополнений не имею, – договорил за него Филиппов.

– Знаешь, сколько можно отхватить за попытку подкупа должностного лица?

– Я никого не собирался подкупать, – спокойно ответил Антон. – Вот и в протоколе записано, вашей же рукой, что я заблаговременно поставил в известность правоохранительные органы. – Он поднял на следователя взгляд. – В конце концов, у меня есть листок, где Стретович собственноручно написал, когда и какая сумма должна быть передана. Там даже уточнено, как в последующем эти деньги будут распределены.

– Мало ли что там написано, – следователь, зевнув, отвернулся к окну. – Он, например, утверждает, что этот листок лежал на столе, а ты его спер. А написал он это для себя, чтобы не забыть о том, что должен вернуть в этот день долг своему знакомому. Просто ты воспользовался случаем.

– Так почему же я, по-вашему, обратился в органы? – усмехнулся Антон.

– Зная, что этот человек не берет на лапу, ты просто хотел его скомпрометировать.