Земля – родина интелов

Он осторожно приподнял головную часть китового облачения, тут подоспела Лето и тоже склонилась над Кормчим, но запыхавшийся немного, Виктор Берке немедленно перехватил руководство:

– Всем отойти! – Скомандовал он Лето и Геннадию и, опустившись на колени, перевернул Кормчего:

– Его надо освободить из этой штуки.

Рядом оказалась Ботсвана-Гея и, обведя пальцами, поверхность экспериментального покрытия в районе шеи, нашла крепление, и зажим расстегнулся, лицевой щиток отошёл, открыв белое лицо, Берке проверил дыхание, пульс, зрачки.

– Его надо освободить из этой штуки, – повторил он.

Ботсвана-Гея отщёлкнула боковые зажимы и, вместе с Геннадием, они вытащили Андрея Кормчего на пол корпуса.

– Надо на воздух! – Приказал Берке, и Батюков, вместе с Ботсваной-Геей распрямили верхнюю часть китовой кожи и, держа за костюм, как на носилках, понесли Кормчего в фонтанный дворик, где, осторожно положили на землю.

– Воды принесите, – сказал Виктор Берке и, смочив в фонтане платок, обтёр Кормчему лоб и лицо, кто-то подал воду в бутылке, и Берке, приподняв Кормчего, смочил ему рот.

От свежего воздуха, или от воды, Андрею стало лучше, лицо начало оживать, и он очнулся.

– Кажется, я упал, – проговорил он, заметив множество, склонившихся над ним лиц: – Простите, я не хотел…

Было видно, что ему нехорошо.

– Лето, вызови наш катер. Знаете, пожалуй, мы молодого человека заберём до завтра, всё-таки, потеря сознания – не пустяк, надо дать поддержку и провести наблюдение. – Объявил Берке и, увидев, что к ним подошли правители, пообещал:

– Думаю, к вечеру уже, он восстановится.

– Ну, дай Бог, дай Бог, – сказал Баренцев, а Шань Ди Бао, пообещал подключить своего личного врача, если возникнет необходимость.

Кормчий выбрался из костюма, и вместе с Ботсваной-Геей, подавшей ему ботинки, они закатали кожу кита обратно в рюкзак.

– Ты очень плохо выглядишь, мальчик, – сказала Ботсвана-Гея:

– Отправляйся к Берке и лечись. Пресс-конференция – завтра, сразу после заседания правительства.

– Да, я отлежусь, – ответил Андрей.

Батюков стоял здесь же, и все вместе, с Виктором Берке и Лето, через какой-то проход, они вышли обратно – наверх, к копии Парфенона, к крыльцу на верхнюю посадочную площадку. Лето вызвала катер-мобиль и,

прибывшая катер-капсула уже ждала с откинутыми дверцами, держась в 15-ти сантиметрах над землёй в неподвижном режиме посадки.