Империя травы. Том 1

«Виконт просил тебя перейти к нему работать, глупая девчонка, вот и все, – ругала она себя. – Может быть, он взял бы тебя в свою постель. Но ничего больше быть не могло. Неужели ты оставила бы свою подругу и ее дочь, милую Серасину, которых так любишь, чтобы стать игрушкой богатого мужчины?»

Когда герцогиня Кантия была одета и напудрена, она выставила своих дам за дверь.

– Я должна остаться одна, чтобы немного прийти в себя, – сказала она, усаживаясь на высокий стул. – Эти юбки такие жесткие.

Однако одна из придворных дам Кантии осталась, она явно хотела поговорить с герцогиней, поэтому Джеса ждала. Кантия, понимая, что они не одни, сделала усталое лицо и только потом повернулась.

– Да, Миндия?

Молодая женщина колебалась.

– Дело в том, ваша светлость, что я слышала, как мой дядя, барон, разговаривал с одним человеком.

– Но я не священник, моя дорогая. Я не могу отпустить тебе грехи за подслушивание.

Леди Миндия покраснела.

– Дело не в этом. Просто я… он кое-что сказал. Он говорил о своих опасениях: граф Далло и его фракция намерены устроить беспорядки во время свадьбы брата герцога. Они что-то планируют, так я поняла, потому что там будет присутствовать королева Мириамель.

Кантия недоверчиво на нее посмотрела.

– На свадьбе Друсиса? На свадьбе, за которую Далло сам платит и от которой выиграет больше всех? Кто станет нарушать порядок во время такого праздника ради сомнительных целей? Я не верю, что это возможно.

– Тем не менее мой дядя сказал, чтобы его люди держали оружие наготове.

Герцогиня рассердилась и не скрывала своего гнева.

– Эта история из тех, которые могут привести к действиям, Миндия. Тебе бы следовало и самой это понимать.

– Прошу прощения, ваша светлость. Я лишь хотела, чтобы вы знали…

– И теперь я знаю. Я поговорю с мужем. Но я не хочу, чтобы эту историю узнал кто-нибудь еще.

Леди Миндия выглядела встревоженной.

– Конечно, герцогиня, – сказала она.

Джеса подумала, что ее обещание выглядит не слишком убедительно, и сильнее прижала Серасину к груди. Конечно, герцогиня была права, хотя – какими бы плохими ни были Ингадарины, им не выгодно устраивать волнения во время собственного праздника.

Когда Миндия ушла, Кантия протянула руки к дочери.