Империя травы. Том 1

Тролли поехали на север, в сторону огромного леса, зрелище, которое при других обстоятельствах могло быть комичным – четверо маленьких коренастых людей верхом на баранах и волке, словно иллюстрация со страницы религиозной книги. Левиас и двое других солдат принялись обсуждать, что делать дальше, но их тихие, неуверенные слова напоминали Порто голоса испуганных детей в темноте.

Во сне Моргана выступ скалы стал в тысячу раз больше, превратившись в настоящую гору. И она заговорила с ним с вершины так, что он ее не видел:

«Другие сейчас не могут слышать меня, даже те, что разделяют со мной кровь.

«Я не знаю. Я даже не знаю, кто ты!»

Какая-то его часть хотела взобраться на огромный камень, чтобы встать лицом к лицу с существом, преследующим его во снах, но он чувствовал ее могущество и возраст, и это его пугало.

«Ты знаешь меня, дитя. Я говорила с тобой в месте моего бессильного отдыха, и ты меня слышал. Но здесь, где я стою в дверном проеме, нет имен.

Морган резко проснулся, напуганный воем волков, доносившимся снаружи его каменного убежища, но через нескольких мгновений, когда сердце отчаянно забилось у него в груди, Морган понял, что ни одно животное не может издавать такие громкие звуки. То был ветер, поднявшийся до пронзительного воя, стона и визга, и даже лес казался напуганным. Деревья, которые он мог видеть, наклонялись и размахивали ветвями. Он слышал, как трещат ломающиеся ветки и как они падают на землю.

Первые лучи рассвета окрасили фиолетовое небо, чуть опережая восход солнца. Дождь слегка ослабел, но ветер продолжал задувать внутрь, подобно стрелам атакующей армии. Мгновение Морган благодарил богов за свое скромное убежище, но тут же начал беспокоиться о том, что с ним будет, если буря не прекратится, и вдруг услышал новый звук, пронзивший даже яростный гнев ветра.

Риииии! Риииии!

Никогда прежде Морган не слышал ничего похожего, звуки были не столько громкими, сколько чистыми, и он понял, что их источник находится где-то рядом.

Морган уже начал забываться тревожным сном, когда его напугал громкий треск – казалось, упало сразу несколько ветвей или рухнуло целое дерево, не выдержав напора ветра.