Империя травы. Том 1

И тем не менее он заставлял себя идти дальше, пытался придерживаться южного направления, но, хотя он больше не возвращался к началу пути, как в первый раз, каждый следующий день завершался одинаково – Морган оставался в густом лесу.

Он часто думал о том, чтобы выбросить все свои бесполезные вещи, которые на себе нес – меч, материнскую книгу Эйдона, смешные железки, которые дал ему Сненнек. И тяжелые доспехи? Разве они защищают от отчаяния? Разве спасут его от голода и постепенно ускользающего разума? Но, хотя он снял тяжелую кольчугу, Морган не мог ее выбросить, поэтому просто повесил ее на плечи и сделал вид, что когда-нибудь она ему понадобится.

Какая-то часть его уцелевшего разума подсказывала: как только он начнет избавляться от бесполезных вещей, то уже не сможет остановиться и постепенно останется голым, за исключением нескольких тряпок, будет есть листья и траву и пить росу, точно спятивший отшельник. А когда он умрет, от него останется лишь скелет, и те, кто его найдет, не узнают, кем он был.

«Голый принц. Принц Костей. Морган Бессмысленный, последний в династии».

Но что-то не давало ему сдаться, и еще через пару дней, проведенных в лесу, дикое, безрассудное стремление к крепкой выпивке наконец потускнело до тупой боли, стало незначительным, но неизменным сожалением. Теперь голод и отчаяние превратились в его главных врагов. Он брел по тропам, протоптанным животными, или расчищал себе дорогу в подлеске мечом, постоянно заставляя себя двигаться вперед.

«Если я продолжаю шагать, значит, я не умираю», – говорил он себе, хотя и не был до конца уверен в том, что это правда.

И он шел и шел дальше, спотыкаясь. Проходили долгие дни, и он вспоминал, что однажды сказал ему дед: «Ты не узнаешь, что попал в историю, до тех пор, пока тебе не расскажет ее кто-то другой».

Попал ли он в такую историю? Или это лишь история его смерти? Быть может, что-то непредвиденное все изменит. Вдруг кто-то из эркингардов уцелел и теперь пытается его найти.

Быть может, его бабушка и дедушка отправили отряд на его поиски.

«Да, быть может, – шептал мрачный голос. – Быть может, деревья начнут танцевать, а горы – петь».

Он продолжал спать на широких ветвях больших деревьев, дубов или ясеней, опасаясь хищников, которые могли разгуливать по лесу ночью, и научился просыпаться, прежде чем поменять положение, чтобы не упасть – никогда не забывая, что он находится высоко над землей.