Братья ветра. Легенды Светлого Арда

Помнишь, в юности он поклялся, что вызовет на поединок лорда Каройя из-за какой-то ерунды, которую Инелуки посчитал оскорбительной? Я до конца своих дней буду благодарен высокому всаднику за то, что тот не поднял оружие против столь неопытного противника, ведь я не сомневался, что мой брат серьезно пострадал бы от руки Каройя. Нет, Винадарта и все ее подданные не смогут остановить Инелуки, когда он находится в одном из своих отвратительных настроений. Я должен остаться, пока его темная клятва висит над ним – над всеми нами, – чтобы удержать от какой-нибудь смертельно опасной глупости.

– Я думаю, леди Брисейю хотела бы услышать эти важные слова от тебя, а не от меня.

– Ну тут ничего не поделаешь.

Тарики, который крайне редко показывал свое неудовольствие, вздохнул.

– Значит, ничто не сможет изменить решение Инелуки остаться здесь или твое – находиться с ним рядом.

Хакатри покачал головой.

– Я еще не отыскал решения головоломки, которую предложил мне брат, но я не сдаюсь.

Тарики изобразил жест грустное расставание, прежде чем вскочить в седло.

– Тогда я буду молить Сад, ждущий всех нас, чтобы он не захотел получить в свою компанию двух молодых господ из Дома Ежегодного Танца, дорогой друг. Прощай!

Принц Кормах убедился, что его раненые товарищи эрны выздоравливают с помощью целителей Небесного зеркала, и тоже готовился покинуть переливавшиеся стены поселения Винадарты.

За мгновение, когда он смотрел на Хакатри, на его лице сменилось несколько выражений, точно ветер пробежал по поверхности воды, вспенивая ее, – как бывает у смертных.

– Вы пришли нам помочь, хотя не должны были, лорд Хакатри, – сказал он. – И лорд Инелуки, разумеется, тоже. Мы, эрны, никогда этого не забудем. Я желаю вам удачи, но, боюсь, потребуется больше, чем просто удача.

Вперед выступила леди Винадарта.

– Ты прекрасно знаешь, что меня сильно беспокоит опасная клятва Инелуки, которая каким-то образом связывает вас обоих, Хакатри из Дома Ежегодного Танца. – Она увидела, что младший брат Хакатри нахмурился. – Я буду говорить честно, юный лорд, и не важно, понравятся тебе мои слова или нет, но умоляю прислушаться к моему совету. Я не хочу, чтобы вы оба пострадали, ради ваших родителей и нашего народа.