Башня Зеленого Ангела. Том 1

И я никогда больше не смогу спокойно спать, буду ждать вестей о его гибели. – Он вздохнул. – Вот что я ненавижу в правлении и королевской власти, Саймон. Принц вынужден играть живыми людьми. Я отправил тебя, Бинабика и ваш отряд навстречу опасности – тебя, совсем еще юного, почти ребенка. Нет, я знал, что ты уже вырос, – именно я сделал тебя рыцарем, – но это не делает мои сожаления слабее. Милосердный Эйдон позволил тебе остаться в живых, но от некоторых твоих спутников удача отвернулась.

Саймон ответил ему после коротких колебаний:

– Но быть женщиной – еще не значит избежать ужасов войны, принц Джошуа.

Джошуа задумчиво кивнул.

– Боюсь, ты прав. А теперь будет еще больше сражений и войн – и погибнет очень много невинных и беспомощных людей. – Через мгновение он удивленно поднял голову. – Элизия, мать Господа, чудесное лекарство для того, кто страдает от кошмаров! – Он застенчиво улыбнулся. – Бинабик будет меня ругать – увести его подопечного и говорить с ним о смерти и несчастьях.

Когда принц наклонился, чтобы поднять лампу, Саймон заглянул в его бледное лицо и ощутил болезненную любовь к Джошуа, любовь, смешанную с жалостью, – неужели все рыцари испытывают такие же чувства по отношению к своему господину? Неужели отец самого Саймона, Илференд, был бы таким же суровым и добрым, как Джошуа, если бы остался в живых? И вели бы Саймон и Илференд такие же беседы?

Но, что еще важнее, – подумал Саймон, когда они шли по волновавшейся траве, – гордился бы Илференд своим сыном?

Они увидели блестящие глаза Кантаки еще до того, как появился Бинабик, маленькая темная фигурка, стоявшая у входа в палатку.

– Вот и хорошо, – сказал тролль. – Я беспокоился, Саймон, когда увидел, что ты ушел.

– Это моя вина, Бинабик. Мы с Саймоном беседовали. – Джошуа повернулся к Саймону. – Я оставляю тебя в надежных руках.

– А теперь, – сурово сказал Бинабик, – ложись обратно в постель, где тебе следует находиться. – Он указал Саймону на вход, а потом последовал за ним.

Саймон сдержал стон, укладываясь в постель. Неужели в эту ночь все в Новом Гадринсетте хотят с ним поговорить?

Но когда Кантака, вошедшая вслед за ним в палатку, наступила ему на живот, Саймон уже не сумел сдержать стон.