Серый рыцарь

– Что-то не так? – поинтересовался я.

– Не знаю, это ты мне скажи, – ответил Гарэн.

«А в чем, собственно говоря, дело?» – мысленно спросил я.

“Твой рыцарский доспех. Он другой”.

– Дорогой, что случилось? – К нам подошла Сара.

Гарэн бросил на нее уничтожающий взгляд.

– Он точно мой сын?! – процедил он сквозь зубы.

– Разумеется! С чего такие вопросы?! – Вопрос отца очень удивил мою мать, и она с непониманием смотрела то на своего мужа, то на меня.

Гарэн тяжело вздохнул.

– Ты можешь призвать доспех? – спросил он.

“Не используй всю свою силу! Ты никому не должен говорить то, что видел во время обряда!” – послышался взволнованный внутренний голос.

– Почему?

“Я не знаю, честно. Но точно знаю, что этого делать не надо. Во всяком случае, пока”.

– Наверно, могу… – неуверенно ответил я отцу.

– Он прошел инициацию? – спросила Сара, и Гарэн кивнул.

На лице матери появилась счастливая улыбка.

– Ну так и?.. – А этот вопрос уже явно был адресован мне.

“Я помогу тебе заблокировать часть магических сил, так что сосредоточься и призывай доспехи”, – произнес отголосок воспоминаний этого тела, и в ту же секунду я ощутил странное чувство, будто бы на реку моей магической энергии поставили плотину.

Я закрыл глаза и сосредоточился. На ум сразу же пришла та сцена, где главный рыцарь пытался мне что-то сказать, но я не смог его услышать.

– Он смог! – послышался радостный голос матери, и когда я открыл глаза, то был удивлен не меньше Сары.

«А мне нравится!» – подумал я, ибо ощущения, когда на мне появилась магическая броня, были и впрямь очень приятными.

Я посмотрел на отца, и он нахмурился.

И вот тут-то до меня дошло: наши доспехи сильно отличаются друг от друга, а учитывая тот факт, что они, как мне подсказывали воспоминания, были родовыми…

– Впервые вижу такой цвет, – произнес Гарэн, смотря на мою броню серого цвета и явно о чем-то думая.

Я повернул голову вправо и едва смог сдержать удивление, ибо на моем наплечнике красовался не левиафан, как у него, а герб моего рода Грейвордов – ворон с расправленными крыльями, сжимающий в лапах древний фолиант.

Гарэн повернулся к жене.

– Дорогой, клянусь Древними, ты был у меня первый и единственный! – В глазах Сары застыл ужас.

Да уж, подставил я ее!

– Хм-м… ладно… Мы потом об этом еще поговорим, – холодно произнес отец и повернулся ко мне.