Мистический рыцарь

– Надо поторопиться, если хочу поесть! – сказал негромко я себе и преступил к изготовлению новой шестерёнки.

Спустя три часа…

«Получена малая медная шестерня х1».

«Навык кузнечного дела +1».

«Получен параметр Сила +1».

Когда я изготовил последнюю двадцать третью шестерню, мой навык кузнечного дела достиг отметки десять, и сразу же за этим последовало увеличение параметра Силы на одну единицу. Хм-м-м-м, интересно, а какими параметрами я вообще обладаю? С горем пополам открыл информационное меню:

Никнейм: 666

Раса: человек

Класс: –

Характеристики:

Сила: 3

Ловкость: 2

Выносливость: 2

Живучесть: 2

Интеллект: 2

Удача: 2

Интуиция: 2

Харизма: 2

Нераспределенных характеристик: 0

Расовая способность: тяга к познанию.

Боевые Умения: –

Магия: –

Ремесленные умения: кузнечное дело – 10

Навыки: —

Вот такими характеристиками обладало моё новое тело… Видимо, при старте все мои свободные очки характеристик раскидали по единице в каждый параметр, что в принципе логично, учитывая, что я всё равно должен быть рабом.

Так, а что там за расовый навык? Открываю описание навыка и читаю: «Тяга к познанию» – расовая способность всех людей «тянуться» к познанию нового. Эффект: каждый представитель расы людей имеет шанс научиться совершенно любому навыку (время постижения зависит от сложности навыка), если будет долго наблюдать за тем, как это навык используют, либо же воздействуя этим навыком на обладателя данной способности». Не совсем понятное описание, ну да ладно.

После того как посмотрел свои характеристики, я попытался найти «кнопку выхода» из игры, ну или хотя бы «помощь». К сожалению, таковых не оказалось, а значит, любители рабского труда позаботились об этом. «Чёрт!» – мысленно выругался. И что теперь делать?! Одно дело, когда ты проходишь процесс виртуализации по собственному желанию, и совсем другое – когда за тебя это сделали насильно, причем ещё и рабом заставили быть…

Не знаю, сколько времени я просидел в состоянии отрешённости от внешнего мира, но в чувство меня привели приближающиеся к моей камере шаги.

– Кормёжка! – послышался чей-то голос, и мне через решётку просунули тарелку с едой и небольшой ломоть хлеба. «Да уж, как в тюрьме», – подумал я, хотя сам там никогда не бывал. Выбравшись из своего угла, взял в руки тарелку.

– А где ложка? – задал я вопрос охраннику, который развозил еду. Он ещё не успел далеко отойти от моей темницы, поэтому услышал мои слова.