Гоблин

 – Наше селение, – договаривает зеленокожий, и моему взору открывается вид на небольшой лагерь, состоящий из нескольких десятков наспех сделанных домиков и невысокого частокола, огораживающего «стоянку» по периметру. Да уж… И тут мне предстоит жить?

Мы заходим внутрь лагеря.

– Ложь доску туда, – гоблин указывает на груду деревяшек, и я кидаю свою ношу в эту кучу. – Всё, идём за новыми! – говорит зеленокожий мне, а заодно и другим гоблинам, отдыхающим возле груды деревянных обломков.

Мы отправляемся обратно.

К тому моменту, когда мы успели вернуться к телеге, я уже еле ноги волочил от усталости.

– Привал! – командует главный зелёный грубиян, и я сажусь на землю.

– Сегодня знатный будет пир! – довольно произносит один из гоблинов, косясь на тело девушки, лежащий неподалёку от него. От его слов и мысли, что эти существа употребляют в пищу человечину, мне стало жутко. Надеюсь, конину они тоже употребляют в пищу, а то ведь, если их рацион полностью состоит из человечины, то я тут с голоду помру…

– Ты, – встаёт главный и указывает на меня.

Дальше он начал раздавать указания другим гоблинам, парочке из них досталось задание тащить трупы. Фух-х, хорошо, что мне не придётся этого делать…

Беру обломок борта телеги, на которую мне указал гоблин-бригадир и, взвалив её себе на плечо, иду в сторону лагеря.

– Фу-у-ух! – отойти далеко я не смог. В этом теле у меня было слишком мало силы, и я был очень слабым.

Оглядываюсь по сторонам. Вроде никого. Больше всего мне сейчас не хотелось встречаться с зелёным бригадиром, который меня с потрохами сожрёт, если узнает, что я тут отдыхаю. О! Я же могу спрятаться! Подбираю кусок деревяшки и ухожу немного в сторону от тропки.

– Вот! То, что нужно! – негромко произношу я, когда вижу высоченную траву, доходящую мне практически до шеи. Тут-то я и обоснуюсь! Кидаю свою ношу подальше в заросли, и сам залезаю внутрь своего импровизированного укрытия.

Я закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Ну же, мозг, работай! Вспоминай хоть что-нибудь!

Ничего. Ровным счётом ничего! Я не мог вспомнить ни кто я, ни откуда родом, ни как я попал в этот мир и в это тело.

Я тяжело вздохнул, и поудобнее устроившись на куске деревяшки, посмотрел на чистое голубое небо.