Под шум помех

Почему-то только нас двоих уже битый час гоняют по этим сраным коридорам-лабиринтам.

Паренёк всё-таки падет. Его и так разбитые колени снова начинают кровоточить. Он дышит слишком болезненно, и я не уверен, что он сможет идти дальше. Но я всё равно пытаюсь поднять его. Даю несколько пощёчин, чтобы привести его в чувства, а он только мычит и непроизвольно морщит лицо от боли.

– Поднимайся! Вставай!

Мой голос пугает меня самого. Сколько лет я не разговаривал? Голосовые связки устали бездействовать.

В следующее мгновение я уже не чувствую собственного горла.

Я кричу изо всех сил от жуткой парализующей боли в ноге. Я даже не могу точно понять, куда ОНИ попали. Стреляют они явно не обычными пулями. У меня отнимается вся правая нога. Прости, мой новый бывший друг. В этой войне победила война.

Я оставляю паренька лежать на полу, а сам пытаюсь двигаться дальше. Он не заслужил этого… Никто не заслужил этого. Еле нахожу в себе силы не оборачиваться назад, когда слышу пронзительный крик, резко прервавшийся громким глухим ударом.

Прощай, мой новый бывший друг…

Мне дают фору буквально на десять секунд. Потом я, ковыляющий в сторону громадной железной двери в конце бесконечного коридора, слышу мерзкий топот тоненьких железных лапок.

– Пода?витесь… – произношу, наверное, последнее своё слово.

Гордо останавливаюсь, выпрямляю спину. Напоследок глянув на железную дверь, закрываю глаза. Вдыхаю полной грудью. Расправляю руки, словно вот-вот очнусь где-то на краю мира, чтобы спрыгнуть вниз и покинуть такую родную, но такую мёртвую планету.

И улыбаюсь ровно за секунду до того, как над моим ухом раздаётся металлический рёв скорпиона.

Глюк 1. «Везунчик».

POV: Пациент 5.

Мистер Куч любил на своих приёмах повторять мне цитату Жан-Поль Сартр. «Жизнь приобретает смысл, если мы сами придаём его ей».

Я никогда не понимал этих слов. Никогда не пытался искать искрящийся лучик света во мраке или белый луч в конце тоннеля. Как по мне, если тебя посадили в стеклянную банку и плотно закрыли крышкой, тебе каюк, даже если ты начнёшь воображать себе бесконечный воздух.

Сдохнешь, как тупой светлячок. Удавишься своей мечтой осветить себе путь.

Какой смысл в этом всём, если смысл нужно искать?

Но этот настойчивый дядька в странной цветастой рубашке, который явно не упускал возможность лишний раз воспользоваться пробниками дешёвых духов, повторял эти слова, как мантру: «Мысли материальны.