Ад Феникса

В этом помещении собралось все самое мрачное и мерзкое, что только могло.

Вдохнув густой слой пыли, Нил Гейман попытался открыть глаза. Его правое веко оказалось заклеено черной, липкой лентой в виде креста.

Пошевелить руками, ногами, головой. Все без толку. Тело не слушалось. Нил попытался закричать, но выдавил лишь глухой протяжный всхлип, сквозь замотанные губы.

Миллионы мыслей врезались в мозг, захватив с собой знак вопроса. Где он? Какого хрена с ним произошло?

Первым предвестником агонии явилась острая боль в голове.

Словно кто-то намеренно бил молотком по черепной коробке. На смену боли пришла волна адреналина. Но как бы Нил ни старался освободиться, у него ничего не получалось.

Опустив взгляд как можно ниже, он заметил, что на нем нет одежды. Левый глаз слезился и никак не мог поймать фокус. Через несколько секунд вернулось обоняние. Этот запах… что это? Такой знакомый и в то же время ускользающий.

Вскоре Нил смог пошевелить кончиками пальцев на руках. Кожа нащупала нечто напоминающее дерево.

Такое враждебное, шершавое, каждый раз желающее оставить подарок в виде кровоточащей занозы.

Секунда – и Нил почувствовал, как с его головы что-то упало. Видимо, ремень или то, чем он был привязан, соскользнуло. Посмотрев по сторонам, Нил обнаружил, что его руки плотно обмотала веревка, приковав к какому-то деревянному брусу. Он висит!  Его тело подвешено, закреплено по рукам и ногам…

«Господи, что все это значит? – подумал Нил. – Как меня угораздило во все это вляпаться?»

Куча горящих свечей.

Черные стены, исписанные в граффити. Как он сюда попал?

Не время задавать вопросы, нужно выбираться. И как можно скорее!

Нил постарался раскачаться, но ничего не получилось. Каждый раз, когда он хотел пошевелить ногами, тело предательски подводило. Неужели его так крепко связали, что он даже не может двигать пальцами на ногах? И снова этот запах! Откуда он идет? Может быть, снизу? Но из-за плотного живота, выпирающего спереди, Нил не мог посмотреть, что же там внизу.

Мелькнула тень. Что это? Снова какое-то движение. Еще одно. Треск стекла в темном углу комнаты. Вспыхнуло пламя из металлической бочки и на долю секунды Нилу показалось, что он увидел лицо человека.

Ясно одно – в этом зловещем помещении он точно не один.

Если бы он только мог сказать, хоть слово. Нил – блестящий адвокат, он бы смог уговорить отпустить его. Предложить деньги. Много денег! Да все что угодно, лишь бы свалить из этой вонючей помойки куда подальше.