Я найду тебя

– Я постоянно подходила к нему, тянула ручки вверх и смотрела на сколько мне нужно вырасти чтобы дотянуться до края стола. И вот после операции меня привезли домой, я, как всегда, подошла, потянулась и упала, рыдая от боли. Дальше уже не помню. По рассказам матери бабушка подбежала и ахнула. Швы разошлись.

Все остальное знаю по рассказам. Врачи так и не поняли, что со мной произошло, аппендикс не нашли. Живот разрезали, промыли, трубки вывели и сказали моим родителям, что, если организм крепкий я выживу, если слабый готовьтесь к похоронам.

Вот как-то так. Мать говорила, что пока мы лежали в больнице в это же отделение, поступил мальчик, примерно моего же возраста, с похожим диагнозом. Его тоже прооперировали. Все удивлялись, откуда у таких маленьких детей перитонит.

– Тань, этим мальчиком был я. У меня такой же шрам с правой стороны, как и у тебя. Я жил в детстве в Белоруссии в Калинковичском районе и попал в 1975 году в ту же больницу с похожим диагнозом, меня прооперировали. До сих пор помню фамилию хирурга.

Бабушка рассказывала, что мне повезло, что именно он меня оперировал. Редкий талант.

– Кругман. Фамилия врача Кругман.

– Да! Тебя тоже он оперировал? – Воскликнул Саша.

– Да. На него весь город молился. Уникальный был человек.

– Саш, но так не бывает… Нет, ну все может быть конечно, но таких совпадение не бывает. А как ты оказался в Ростове? – Я озадаченно смотрела на Сашу.

Нас свела судьба много лет назад чтобы разбросать потом в разные концы света? И потом свести вместе на краю географии? Парадокс какой-то.

Я поднялась, собрала посуду в корзину и села поближе к Саше. Что-то в душе мне подсказывало, что ему нелегко будет мне рассказывать о своей жизни, и простая человеческая поддержка Саше не помешает.

Но он отстранился, поднялся, отошел на несколько шагов, и я подумала, что лимит искренности на сегодня исчерпан. Ну, что ж, спасибо и на том, что было…

Я встала на колени с намерением подняться и одеть куртку, но Сашины руки уверенно надавили мне на плечи.

Я остановилась и почувствовала, как он садиться сзади меня, прижимаясь, к мой спине, животом.

– Сядь, пожалуйста. – Тихо сказал он. Я опустилась на пятую точку, и Саша плотно придвинулся ко мне сзади, обнял, сомкнув руки под грудью и глубоко вздохнул. Я хотела поддержать его, что-то сказать, но поняла, что сейчас лучше помолчать. И я молчала и ждала.

– Я своих родителей практически не помню. Мать умерла рано, когда я был еще совсем маленьким.