Три короны. Из пламени

Едва написанное вязью заклинание закончилось, она захлопнула книгу и бросилась вниз, прочь из кабинета, на улицу. Фолиант она спрятала в нишу фундамента своего дома, прикрыв его крупными камнями. Вокруг пылал огонь, уши резали крики и почти звериный рёв. Внутри закипала злость, перемешавшись с отчаяньем. Руки окутала тьма, поднимаясь к плечам.

– Мы не сможем, Мирта, – к спине женщины прислонилась старушка, из последних сил извлекая магию.

– Сдаваться запретил Адос, – она сжала губы, меняя стихию в руках на разрушительный огонь, подпитываясь от горящих домов.

– Черт с ним, мы умираем здесь, пока он готовит таинство в крепких стенах,, – старуха опустила руки, пятясь от женщины, – я от их рук не подохну. Сама порешу себя. И тебе спасение такое посоветую. Житья нам больше нет в этом мире.

– Что ты несёшь, старая? За нашими спинами дети и долг, – женщина вдруг разгорелась яростью, вновь переводя стихию на ладонях, теперь на непроглядную тьму, что сползалась к руками из укромных уголков.

– Мои дети под их ногами, – старуха оттолкнула Мирту к стене ее дома, – они мертвы. И твои умрут. И сама ты умрешь, – она положила руку ей на грудь, шепча заклинание.

Женщина лишь закрыла глаза, принимая смерть от заклятья огня. Она не сопротивлялась, хоть и была на это способна. Но, слыша, как стихает бой в поселении, Мирта сдалась. По телу проносился огонь вместо крови, наступала агония, выдергивая из горла пронзительный крик.

***

– А почему мы тут? – девочка поднялась с пола маленькой пещеры, больше похожей на берлогу медведя.

– Отец сказал, что мы играем в прятки, – Дал закрывал своей спиной вид из пещеры, но свет от пламени все равно пробивался внутрь.

– Ночью? – Идесса чуть наклонилась в сторону, но Дал повторил за ней, не давая выглянуть, – что с папой и мамой? Я чувствую, что что-то не так! – она вытерла одну слезу на щеке и сжала кулачки.

Мальчишка вздохнул, слыша, как стихают крики в поселении.

– Мы теперь одни, – на четвереньках он приблизился к девочке, прижимая ее к груди, – обычные дети, – Дал положил руку сестре на макушку, – все это был лишь сон. Вся наша жизнь, что была до этого момента.

– Не сон, – она попыталась вырваться, но брат крепко держал ее, – мы ведь тоже что-то можем.