Три короны. Из пламени

Письмо в кармане становилось теплее, будто пульсировало ближе к ней. Хорошо, что этого не заметил король. Ведь не осталось бы времени на раздумья, на объяснения. Достав конверт, она покрутила его в руках. Никаких подписей – чистая белая бумага, помятая на сгибах, чуть в пыли и пепле, с чуть обгоревшими краями.

– Оно что, само путешествовало? – девушка понюхала бумагу, та пахла едким дымом.

Оглядевшись по сторонам, она раскрыла конверт. Плотная бумага была исписана знакомым почерком – круглые витиеватые слова на общем языке, часто встречались ошибки, будто отправитель не мог вспомнить перевод с древнего языка магов.

«Душа моя. Вот уже столько лет я не опускаю руки в поисках тебя. Гаснет надежда, что письма мои доходят до тебя, ведь магия твоя заперта, а они лишь по ней способны искать. И ты права в том, что не используешь ее. Но я не жалею, что потратил почти все клочки свободной силы в поисках, хоть и сильно постарел.

Прошу, дитя пламени, не показывай себя, как мага. Никому. Даже королю, помогая в обороне, как то делали все, подобные нам.

Я так и не понял за эти года, как ты спаслась. Но и достоверно не знаю, жива ли ты и ныне. Найди в нашем доме, родном родительском доме, книгу отца. Ее найдёт только маг, прочтёт только потомок создателя или кто-либо по его воле. Но я чувствую, что она цела.

Ты нужна этому миру для чего-то важного. Я найду тебя, И.А.»

– Живой, – Идесса опустила письмо на колени, – теперь точно знаю, что живой.

Девушка закрыла глаза руками, плача от радости. Столько лет она гадала, искала сама, отчаивалась и опускала руки. Но только веру не теряла. Пусть она и не нашла его, но хотя бы знает, что та разрушительная для города битва его пощадила. С души упал огромный камень – закостенелое горе рассыпалось.

Командир стражи стоял в тени на лестнице, наблюдая за сменой эмоций официантки. Он лишь собирался распорядится о раннем завтраке, но картина перед глазами вызвала ликование в душе воина. Столько поисков, два поколения короны, огромное количество солдат – все это позади.

– Сама и нашлась, дитя из пламени, – Алрис поднялся по тускло освещенной лестнице, улыбаясь самому себе, – обаяние и умение располагать к себе когда-то должны были сгубить тебя.