Аналогичный мир. Том первый. На руинах Империи

Мисси Лилли с ней даже счётом занимается. Они охотно болтали с ней о всяких пустяках. Кухарка, правда, по-прежнему тряслась от негодования, видя их за одним столом, но до швыряния посуды больше не снисходила. Заходили к ним почти каждый день ближе к вечеру то одна, то другая хозяйка. Обязательно восторгались. Словно невзначай расспрашивали. Эркин сразу замыкался, переходил на извечно рабское: «Да, мэм», – а Андрей отпускал такую шутку, что белые леди краснели, хихикали и исчезали. Но премию – какими-то сладостями, каждый раз новыми – они получали каждый вечер.

– А они этим, – он повертел большую конфету в виде листа, – они проверяют нас.

– А на кой хрен им это? – дёрнул плечом Андрей. – Чего они хотят?

– Не знаю. Но они дают и смотрят.

– Как мы берём?

– Ну… – Эркин замялся, не зная, как передать смутное чувство, – ну-у, может… ну как мы их разглядываем.

– Зачем?

– Не знаю, – он остановился и как-то беспомощно посмотрел на Андрея.

– А ничего, – Андрей переложил свой ящик из руки в руку. – Смотрят точно. Будто выслеживают нас. На шмоне так смотрят.

– Где?

– На обыске лагерном! – тихо рявкнул Андрей. – Но зачем им?!

– Пошли, – Эркин дёрнул его за рукав. – Не маячь.

– Сам остановился. Пошли.

Квартал они прошли молча.

– Ладно, – Андрей ловко сплюнул сквозь зубы в середину лужи. – Последний день завтра. И пусть они горят… огнём разноцветным.

Из-за дождя рано стемнело, намокшая куртка давила на плечи. И страх, страх перед непонятным, да нет, что ж тут непонятного? Белые были и остаются врагами, его врагами. Эркин шёл домой, устало волоча ноги, сгорбившись. Он чувствовал, что надвигается какая-то опасность, и только не мог понять, где и когда она ударит его. Нет ничего опаснее внезапного удара.

Женя, только взглянув на него, бросилась греть ему чай, заставила выпить малины. Он вяло со всем соглашался и взбунтовался только после её слов о ночлеге на кровати.

– Ну, как хочешь.

И тогда он поднял голову. Посмотрел на Женю, на Алису и снова уронил голову на сцепленные руки. И сидел так, пока Женя убирала со стола и укладывала Алису.

Женя дождалась, пока Алиса заснула, не беспокоя его. Потом села рядом и мягко положила руку ему на шею.