Принцесса на поводке

Она таких, как ты, ещё не встречала.

– «Боишься – не делай. Делаешь – не бойся. А сделал – не сожалей», – всё тем же спокойным тоном ответил ему сидящий рядом с Янориной странный человек. – Это ещё Чингисхан сказал. И я считал, Литсерион, тебе хватит мозгов сообразить, что если я здесь, значит, у меня на это есть высочайшее разрешение.

– У тебя хватило бы идиотизма пробраться сюда ради каких-то своих непонятных целей, – фыркнул Лит. – И кто же, позволь узнать, разрешил тебе здесь находиться?

– О, ты прекрасно его знаешь, – с наигранным пафосом отозвался Снежок.

– Что?!

Честно говоря, таким шокированным принцесса Литсери вообще никогда ещё не видела. И это зрелище показалось ей настолько забавным, что к ней даже силы вернулись. Чтобы лучше рассмотреть перекошенную физиономию их вечного циника, она даже приподнялась на локтях. Сообразительный Снежок помог ей сесть и даже поддержал, чтобы не упала, за что был удостоен благодарной улыбки.

Вообще, после того, в какое состояние он привёл Литсери, Янорина была готова дать этому странному парню медаль. Боги, да ей самой никогда не удавалось так выбить из равновесия Лита, а она ведь честно очень старалась! Можно сказать, делала для этого всё возможное.

– Что, детка, полегчало? – улыбнувшись, спросил зеленоглазый парень. И окинул её таким похабным взглядом, что она чуть не подавилась вдохом.

Да на дочь императора никто никогда не позволял себе смотреть с такой наглостью! И Нори уже хотела сама поставить его на место, но её опередил Литсерион.

– К твоему сведению, не «детка», а Её Высочество принцесса Янорина Аркелир. Младшая дочь правителя Сайлирской Империи, – с важным видом представил подопечную Лит.

Затем протянул ей руку, помог подняться, и уже хотел направиться к другой части большой поляны, где на траве сидели Димарий и Амитерия, но Нори его остановила.

– А этого господина ты мне не представишь? – спросила она, обернувшись, к тому, кого Лит называл просто Снежок.

– Оу, детка, я могу и сам представиться, – с холодной насмешкой бросил тот, поднимаясь с травы и отряхивая свои светло-серые брюки из грубой ткани. Потом отвесил ей шутовской поклон, в котором не было ни капли почтения – лишь одна издёвка, и только потом проговорил:

– Авердим Снежный.

Янорина кивнула, но с места всё равно не сдвинулась.