Мир Гаора. Начало. 1 книга

К выпускному курсу они становились союзниками и на прощальную пьянку звали, конечно, их, уже своих, а не офицеров, остававшихся чужими. Он и своего Сержанта хотел позвать. На выпуск и пьянку. Специально взял увольнительную за три декады до выпуска, короткую, на три периода, и, не заходя домой, сразу отправился к Сержанту…

…Шёл дождь, и все сидели на маленькой тесной веранде. Сержант встал и подошёл к нему, как только он показался в дверях.

– Случилось что?

В голосе Сержанта было искреннее волнение, вокруг стояли, сидели, прохаживались, и он ответил, недовольно оглядываясь.

– Нет, всё в порядке.

– Чего тогда прискакал? – сурово спросил Сержант.

– Вот, – протянул он ему купленную по дороге пачку трубочного табака.

– Зря тратился, курить запрещено, забыл, что ли, я ж тебе ещё в тот раз говорил, – рассердился Сержант, быстро оглядываясь, не видит ли кто.

– Обёртку возьми, – нашёлся он, – нюхать будешь. И пойдем куда.

– В дождь выходить запрещено, – хмыкнул Сержант, – чтоб не болели, – и, предупреждая его вопрос, – и в палату нельзя.

– У меня выпуск.

– Знаю.

– Придёшь?

Сержант вздохнул.

– Я уж думал. Но… не выпустят меня. Ты ж не сын мне. Вот если отец твой вызов мне сделает…

Сержант не договорил, безнадёжно махнув рукой, и он угрюмо кивнул. Обращаться к отцу с такой просьбой бессмысленно. Он вообще никогда отца ни о чём не просил, ему это и в голову не приходило.

– Продай. Как это тебя на проходной с ней не замели.

– Я её не в руках нёс, – огрызнулся он, чувствуя, что может это себе позволить, и перепрятывая пачку под мундир. – Я её стрельбищному капралу отдам, он тоже трубку курит.

– Та-ак, – сразу посуровел Сержант. – Это ты что у него откупаешь? Чтоб он в твоей мишени дырок навертел?!

Он невольно рассмеялся.

– Нет, он нас в личное свободное время пускает, обещал водный рикошет показать.

– Дело, – кивнул Сержант. – Слышал я о таком. Ладно, беги, а то опоздаешь. А выпуск… Придёшь потом, расскажешь, – и подмигнул ему, – когда проспишься…

…Он так и сделал. А что Сержант сказал: «твой отец», а не «мой брат» тогда как-то прошло мимо сознания. Это был третий раз.