Аналогичный мир. Том второй. Прах и пепел

– Да, видимо, – кивнул Новиков. – Тогда ничего сделать уже нельзя.

– Есть ещё такая штука, – Гольцев раздавил в блюдце окурок. – Рабская клятва. Когда раб сам, подчёркиваю, сам покоряется, признаёт господство над собой. И освобождает от такой клятвы только смерть. Раба. Весьма унизительный ритуал, но… он существует и действует.

– А эта информация откуда?

– Оттуда же, Коля. Чай пили у костра, и индеец меня немного просветил.

– Думаешь, он дал клятву? Трейси?

– Не знаю, ребята. Честно. Трейси был не очень доволен тем, что парень стал рассказывать об обычаях рабства.

– Дальше? Малец.

Секундная пауза и… Золотарёв разводит руками, и говорят теперь остальные.

– Белый.

– Да, лет семнадцать, я думаю.

– Нет, старше, двадцать – двадцать пять.

– Хватил! Девятнадцать максимум.

– Да, то смотрится мальчишкой, то взрослым мужиком.

– Держится с цветными.

– Видимо, то, что называется «потерял расу».

– Балагур, остряк, ругатель.

– Да, не язык, а, как моя бабка говорила, помело поганое.

– Блатной.

– Ну, скажем, приблатнённый.

– И это всё? Да вы что, братцы, с этим и начинать нельзя.

– Словом, – Шурочка оглядела всех сидящих за столом, – индеец – спальник, а Малец – приблатнённый. Ну, поработали, ну, молодцы…

– Старцев, а ты чего молчишь? – Золотарёв смотрел в упор холодно-синими глазами.

Да, отмолчаться не удалось.

– А мне нечего добавить. В принципе у меня то же самое. И один вопрос.

– Какой? – оторвался от своего листа Спиноза.

– Что дальше? Вот мы сидим, собираем информацию, а… зачем? Кого и за что привлекать? Что… противозаконного они совершили? Какие претензии к ним?

– Много вопросов, – усмехнулся Гольцев. – Но все об одном. Кто ответит? Я – пас.

– Пас, – кивнул Спиноза.

– Пас, – улыбнулась Шурочка.

– Пас, – развёл руками Новиков.

– Пока пас, – вздохнул Золотарёв. – Ты выиграл, Гена.

– Как Пирр? – опять не удалось сдержаться, само выскочило.

– Как Бредли, – усмехнулся Спиноза. – Что ж, на этом надо закончить. Шулер, киллер, спальник и блатарь. Хороша компания, а уцепить не за что. Свою информацию, Гена, ты так и не дашь?

– А зачем? Вы ведь всё решили и без меня. Заранее.

– Уел, – усмехнулся Золотарёв.