Аналогичный мир. Том второй. Прах и пепел

У него забрали вещи и очень ловко пристроили на стеллаж.

– А куда выходит окно?

– На крышу, сэр, – удивился он вопросу.

– Так, – Фредди оглядел результаты своего труда и подошёл к окну, осторожно попробовал раму. – Оно что, не открывается?

– Нет, сэр. Это же… – он осёкся, и тут же его окатил такой холодный взгляд, что от страха стянуло кожу.

– Что, это же? Договаривай, парень.

– В комнатах для рабов окна не открываются, сэр, – тихо ответил он.

– Это почему?

– Чтоб не бежали, сэр, – и тут же поправился: – Чтобы не пытались бежать.

– Ну-ну, – хмыкнул Фредди. – За этой стенкой что?

– Такая же, сэр. Я там сплю.

– Ага, ясно. А за этой?

– Уборная, сэр, – нехотя ответил он и заторопился: – Там чисто, сэр, и без запаха. Я каждый день мою.

– Ясно-ясно. А ванная где?

– Внизу, сэр, в спальне.

– Тоже ясно, – Фредди улыбнулся, разглядывая его. – А эта, Энни, где спит?

– Возле кухни, сэр. И там прачечная и гладильня рядом.

– Большое хозяйство, – кивнул Фредди.

– Здесь наверху, сэр. Под другим скатом.

– А мастерская?

Он потупился. Говорить о мастерской нельзя. Это было первым, что он запомнил, когда хозяин водил его, новокупленного раба, двенадцатилетнего мальчишку, по дому, показывая комнаты и объясняя его обязанности. Фредди рассматривал его, насмешливо щуря светлые холодные глаза неуловимого серо-голубого цвета, как… он не успел подобрать сравнения.

– Ладно. Ну, веди, показывай, где и что. Чтоб мне не путаться потом…

…Ларри улыбнулся воспоминаниям.

– Сумерничаешь? Или спишь?

Ларри вздрогнул и повернул голову. Ужин? Уже ужин? Спал он, что ли? Щекастая веснушчатая девушка в белом халате, приговаривая что-то непонятное, включила свет и переставила на тумбочку тарелки.

– Ужин, ешь, – сказала она по-английски и продолжила опять непонятно: – Ешь, поправляйся, твою болезнь заедать надо.

– Спасибо, мэм, – Ларри откинул одеяло и сел, взял тарелку.

– Ешь на здоровье, я потом приду, заберу всё.

Он не понял, но закивал, торопливо жуя.

– Да не торопись ты так, – засмеялась она, выходя из комнаты. – Никто не отберёт, ешь спокойно.

Он опять не понял, но кивнул ей вслед.