Аналогичный мир. Том второй. Прах и пепел

Он знал, что они в комнате, на кровати, что на столе горит лампа, он всё видел и понимал, но чувствовал волну. Она здесь, малейшее движение – и она рухнет на него, закрутит в бешеном водовороте, не оставляя ничего, только тепло Жениного тела и её запах…

Эркин крепче упёрся локтями в постель, осторожно поёрзал, укладываясь так, чтобы полностью закрыть Женю, чтобы потом, когда волна уйдёт, Женя была под ним, как под одеялом. Руки Жени мягко гладили его плечи и спину, её глаза влажно блестели, но губы улыбались.

Он пошевелил бёдрами, ворочаясь в ней, готовясь к последним ударам, и волна сразу придвинулась, изгибаясь и приготовившись к прыжку.

– Женя… готова?

Она, улыбаясь, кивнула.

– Я иду.

– Встречаю, – выдохнула она.

Так резко и сильно он ещё не бил Женю, и с той же силой рухнула на него горячая волна, он успел поймать тихий, шёпотом, вскрик Жени и повторить удар…

Он лежал на Жене, всё ещё соединённый с ней, и медленно переводил дыхание. Волна не ушла, она осталась и покачивала его, мягко и ласково.

Эркин осторожно шевельнулся, нашёл губами губы Жени, её щёки, влажные и чуть солоноватые, глаза… Она вздохнула, словно просыпаясь, и подняла веки, увидела его лицо и улыбнулась.

– Эркин… хорошо, да? Тебе хорошо?

Он медленно, будто только учился говорить, ответил:

– Да, очень. Ты… ты не устала?

– Не знаю, – Женя медленно подняла руки, погладила его плечи, голову. – Полежим так, хорошо?

– Тебе… нравится? Ну, когда я… в тебе?

– Мне всё нравится, – тихо засмеялась Женя.

И он, отзываясь на этот смех, покачался на ней. Чуть-чуть. Чтобы она почувствовала его.

– Тебе не тяжело?

– Нет, мне хорошо. А тебе?

– Очень. Мне никогда так хорошо не было.

Улыбка Жени стала лукавой.

– Ты так всегда говоришь, каждый раз.

– Это же правда, – он улыбнулся. – Я же индеец, индейцы не умеют врать.

– Совсем-совсем?

– Совсем-совсем, – кивнул он и серьёзно: – Я говорю правду, Женя. Мне каждый раз хорошо, – и помолчав, будто проверял, убеждённо закончил: – Как никогда.

Женя уложила его голову себе на грудь. Он потёрся об неё щекой и всё-таки медленно приподнялся.

– Я… посмотрю на тебя. Можно?

– Можно, конечно, – удивилась его просьбе Женя. – Тебе всё можно.

Эркин медленно плавно выпрямлялся, не разрывая замок, а мягко очень плавно отделяясь от Жени, и встал над ней на коленях так, что Женя осталась лежать на спине между его ногами.