Аналогичный мир. Том четвёртый. Земля обетованная

Не враждебный, но очень упорный, изучающий. Будто она пыталась узнать его, вспомнить. Но… но он раньше не видел её, он уверен. Она… Она… внешне белая, но что-то… нет, если и есть какая-то примесь, то очень и очень малая, незначащая, и дело не во внешности, а… нет, что-то… Её взгляд тревожил, но не раздражал, как обычные «белые» взгляды. Под конец заседания Ларри окончательно убедился в своём предположении, что она хочет поговорить с ним и не просто хочет, а ей этот разговор важен и нужен. Ну, что ж, после заседания – пожалуйста.

Наконец всё обсудили, стали вставать и прощаться. Ларри задержался, обсуждая с директором и выбранной казначеем Эллен Эриксон из десятого «а» поступившие целевые пожертвования на стипендии. Решили, что конкретные вопросы станут решать, как только наберётся достаточная для решения сумма.

Она ждала его в коридоре и, как только он вышел из конференц-зала, сама подошла к нему.

– Вы… извините, вы – Левине? Да?

– Да, – кивнул Ларри, – Лоуренс Левине, – и улыбнулся, – к вашим услугам.

– Я – Эстер Чалмерс, – она запнулась.

– Да, – пришёл ей на помощь Ларри. – Первый «А», я не ошибся?

– Нет, – благодарно улыбнулась она. – Но… простите, я понимаю, это глупо, но я хочу вас спросить.

Ларри молча ждал.

– Вы… простите, – и с внезапно прорвавшейся решимостью, – Какое вы имеете отношение к тем Левине? Я знаю, вы – ювелир, ювелир Левине – это… это же не случайно?

– Да, – очень спокойно кивнул Ларри.

– А я, – перебила она его, – я – сестра Дэвида, мужа…

– Мисси Рут?! – вырвалось у Ларри.

– Да, – она горько улыбнулась. – Вы… вы знали её?

– Я видел её только один раз, – извиняющимся тоном сказал Ларри. – Но… но мне рассказывали о ней. И о сэре Дэвиде.

Разговаривая, они незаметно для себя вышли во двор.

– Я была совсем девочкой, родители погибли, – она говорила с привычной скорбью. – И когда Дэвид женился, Рут заменила мне мать. А потом… – она прерывисто вздохнула. – Потом, когда кольцо стало сжиматься… Словом, Дэвид сумел выправить мне документы, и я стала условной, почти цветной, но свободной и в услужении. Это стоило больших денег. Очень больших. Меня он спас. А сам… Вы знаете?

– Да, – кивнул Ларри. – Я знаю. И о сэре Соломоне тоже.