Мираж для Белого Сокола

Почему ты снова так задержалась?

Услышав такое обращение, Ори поморщилась и все-таки разлепила оба глаза.

– Я же просила не называть меня этим именем, – тихо проговорила она, глядя на Мили с укором. – Ты же знаешь, что его никто не должен слышать.

– Знаю, – отмахнулась та, поправляя длинную юбку своего серого платья и плюхаясь на кровать рядом с соседкой. – Прости… – виновато добавила она. – Впредь постараюсь этого не делать.

– Мили, я уже полтора года стараюсь объяснить тебе, насколько это серьезно, но ты почему-то все равно не желаешь понимать, – в который раз попыталась вразумить ее сонная Ори.

– Так и где тебя носило так долго? – снова вернулась к своему вопросу Милена. Она одарила подругу настороженным взглядом и, отметив ее усталый вид, покачала головой. – Раньше ведь тебе хватало пары часов, а сегодня ты пришла перед самым рассветом. Глупо это, Ори. Твои бессмысленные полеты до добра не доведут.

Но Ориен не собиралась с ней соглашаться.

– Ты же знаешь, что мне это необходимо. Да и предсказание…

– Пойми же, та женщина… она была обычной шарлатанкой. А они всегда говорят только то, что клиент хочет услышать.

Этот разговор Милена заводила почти каждый день, и, наверное, Ориен давно пора было привыкнуть, но она все равно до сих пор очень остро воспринимала слова подруги. Правда и от своих убеждений отказываться не собиралась.

– Мили, я знаю, что она не обманывала меня. Ведь не потребовала ничего.

– И все-таки я не думаю, что стоит так слепо верить ее словам, – покачала головой соседка, кладя руку на плечо Ориен. – Мы ведь с тобой вместе в приюте выросли. Я понимаю, что ты хочешь найти родных, как и то, что надеешься, будто все случится как в сказке.

– Мили, – отозвалась Ори, поворачиваясь к ней, – пойми же, это единственный шанс.

– Твой шанс – нереален, – категорично заявила Милена. – Твой шанс имеет высокую вероятность обернуться огромными неприятностями.

– Перестань, – тихо попросила девушка. – Думаешь, я не знаю? Думаешь, не хочу нормальной спокойной жизни? Хочу, Мили. Но… не могу так жить. Эти стены, работа у госпожи Дартир, необходимость скрывать свое имя и… некоторые особенности. Все это убивает меня. Я знаю, что занимаюсь не своим делом, живу не своей жизнью.