Знак принадлежности, или Моё новогоднее желание

Назвать это рисунком у меня просто не повернулся бы язык. Скорее, там была изображена схема Московского метро, на которую сверху наложена схема метро Пекина, а поверх нанесены ещё парочка карикатурных набросков. В общем, понять это чудное творение неведомой руки было поистине невозможно.

– Вижу, вы наконец успокоились, – сказал Арден, глянув на меня через плечо.

– Если я молчу, это ещё не значит, что я спокойна, – ответила иронично. И только теперь сообразила, что произнесла это вслух. – Что? Я могу говорить? Серьёзно? А как же запрет?

– Он был временным, – ответил челодрон.

Назвав его так в мыслях, я едва не расхохоталась. Какое шикарное слово! Так и поднимает настроение. Главное, теперь вслух не ляпнуть. А то чревато.

Так это же получается, что я могу рассказать, что я не Маринет?

Да, могу. Но не буду. Теперь это уже не в моих интересах.

Пусть я не верила, что Арден так просто меня убьёт, но после разговора с Гартоном желание доказывать правду у меня пропало напрочь. Тот поклялся помочь с побегом, мы заключили договор, и у меня не было желания его нарушать.

– Леди Шантар, коль вы уже нарушили своё обещание никогда не говорить с презренным мной, может, попробуем договориться? – неожиданно мягко произнёс его светлость.

Он неслышно приблизился и остановился у стола. Я лихорадочно продумывала линию поведения: опомниться и молчать, или всё-таки разговаривать с ним. Если выберу второй вариант, то с большой вероятностью он скоро и сам сообразит, что я не Маринет. Но получится ли у меня молчать?

И всё же ответом я его не удостоила.

Арден поймал мой взгляд, удивлённо приподнял бровь и, хмыкнув, вернулся к схеме.

– Я уже убедился, что вам собственная жизнь не дорога совершенно. Особенно, если на другой чаше весов лежит жизнь такого отвратительного вам существа. Но подумайте сами, вам всего двадцать два. Вы молоды, красивы, у вас редкой силы дар. Впереди блестящее будущее. Возможно, семья, дети. Множество счастливых моментов.

Он говорил искренне. Хоть я и не видела сейчас его глаз, но всё равно верила каждому слову.

– Я ведь всего на пять лет вас старше, – бросил он, не поворачиваясь. – И во время захвата Малриты просто выполнял приказ моего императора. Я не знал ни вас, ни вашего отца. Для меня вы были просто теми, кто пошёл против империи. Теми, чей бунт мне приказали подавить любой ценой.

Я тоже не знала ни Маринет, ни её папеньку.