Жена изгоя

Называется «Правда или действие», – сказал Скай, откинувшись на спинку кресла. – Мы с тобой будем задавать друг другу вопросы. Любые. Без каких-либо ограничений. За честный ответ полагается кусочек шоколадки. За отказ отвечать – большой глоток вина. Только учти, врать нельзя.

Сначала я хотела отказаться, но потом снова посмотрела на такую пугающую кровать, сглотнула и решила, что игра – не такая уж плохая идея.

– Я начинаю первой, – сказала, разглядывая сидящего напротив молодого мужчину. – Сколько тебе лет?

– Двадцать три, – спокойно ответил он и взял кусочек сладкого лакомства.

 – Моя очередь. Кто тебя наградил таким странным цветом волос?

– Сама, – ответила, чуть улыбнувшись. – Надеялась, что женишок, когда увидит такое чудовище, мигом от меня откажется. Это особая краска, которую убрать можно будет ещё только как минимум через месяц.

– Да уж, – он тоже улыбнулся. И сам протянул мне кусочек шоколадки. – Спрашивай.

– Какой у тебя уровень магии?

– Высокий, – сообщил парень.

 – Но цифру называть не хочу, потому… – взял бутылку и сделал глоток прямо из горлышка. Потом задал свой вопрос: – Почему ты не обратилась с такой щекотливой просьбой к знакомым?

Сначала хотела ответить, что не пожелала никого подставлять, но это стало бы ложью. На самом деле я просто знала, что никто не согласится, а унижаться и умолять мне не позволила гордость. Но не объяснять же это Скаю? Он снова будет смеяться. Хороши друзья, когда предпочитаешь первого встречного.

– Выпью, – сказала я.

Взяла бутылку и пригубила напиток. Язык тут же закололо тысячами пузырьков, а во рту остался кисло-сладкий вкус довольно приятного напитка. По горлу растеклось тепло, и в голове созрел следующий вопрос:

– Расскажи, чем ты зарабатываешь на жизнь? Подобными хм… поручениями?

Скай приподнял бровь, внимательно посмотрел мне в глаза, а потом молча взял бутылку и выпил.

– Скажи, чего ты боишься? Хочу знать твой самый главный страх, – спросил он.

Я задумалась. Вспомнила, как в детстве меня приводили в ужас пауки и мыши, а ещё теснота, глубина, высота.

Потом, когда стала старше, начала опасаться неловких моментов, и что надо мной будут смеяться. Но это тоже прошло. Большую часть своих страхов я смогла побороть, вон, даже против отца пойти решилась. Правда, кое-что до сих пор осталось. Но я никогда не признаюсь в этом никому. Уж тем более временному супругу.

– Вкусное вино, – проговорила, сделав глоток. – Возвращаю вопрос.