Ведьмино возмездие. Книга 1

Да что со мной творится? Где хладнокровие? Где вся моя расчётливость?

Может, Ходденс как-то повлиял на меня магией? Но воздействия не чувствуется. Я бы такое точно уловила. Или дело в злополучном игристом? Знала бы, что придётся говорить с этим магом, уж точно не стала бы пить вино.

– Если вы на самом деле по непонятной мне причине желаете помочь ведьмам, то я буду очень вам благодарна, – проговорила, глядя ему в глаза.

– Знаешь, Тейра, я бы очень хотел увидеть твой дар в действии. Нельзя допустить, чтобы его запечатали.

Вкрадчивый голос обволакивал, ласкал слух, а слова, сказанные с такой искренностью, проникали прямиком в душу.

– Я никому не желаю зла, – ответила честно. – Да, у меня очень сильный дар. Но его особенность в том, что мне категорически нельзя экранировать негатив. Ибо он тут же вернётся ко мне в десятикратном размере. Я и подобные мне совершенно безобидны. Мы не способны ни на проклятия, ни на массовые разрушения.

– Я бы вряд ли смог смириться, если бы мне грозило запечатывание дара, – произнёс маг. – Боролся бы до последнего,

– К счастью, лорд Ходденс, вам такое не грозит.

– Пожалуйста, зови меня Эйвер.

– Как скажешь, – усмехнулась я. – Эйвер. Думаю, ты понимаешь, почему я мечтаю о переменах. Но просто мечтать слишком глупо. Нужно действовать. Вот только девушке, да ещё и ведьме, почти невозможно добиться перемен.

– Но ты не сдашься, – его улыбка стала хитрой. – Ведь так?

– Ни за что.

Глава 5

Это удивительно, но с каждой минутой нашего общения с Ходденсом я чувствовала себя всё свободнее. Он внимательно слушал меня и даже сам озвучил парочку интересных предложений. Его действительно интересовала сложившая ситуация. Он был прекрасно осведомлён о законах, которые загнали ведьм и колдунов в угол, и по секрету поведал мне о паре лазеек в них. Именно благодаря его подсказке я поняла, как мама сможет торговать своими косметическими зельями и мазями не из-под полы, а открыто.

В зал мы вернулись почти через час, но даже там продолжили беседовать. Я поражалась, сколько всего он знает. А ведь Ходденс был известен на всю академию, как крайне легкомысленный тип. До меня доходило немало слухов о его сомнительных подвигах. Не удивительно, что представляла себе этого мага совсем иным.