Первая ведьма

 – Небось, своему принцу настучишь? Он же твой наставник. Хотя… что-то мне подсказывает, что вас связывают вас куда более близкие отношения. Ведь с обычными студентками он никогда в кабинете не запирается. А с тобой не просто закрылся на ключ, а ещё и пологом безмолвия прикрылся. Думаешь, я поверю, что вы там обсуждали учебный процесс?

– Эмиль, да что с тобой такое?! – воскликнула я, не зная, как реагировать на его намёки. – Мы разговаривали. Это нормально. Он – мой наставник. А вот ты для меня – никто! Я просила больше ко мне не приближаться! Уходите!

Распалённая собственной тирадой, я подскочила с кровати и указала рукой на дверь.

– Нет, милая, – протянул Эмильер, растягивая на губах пьяную похабную улыбочку. – Мы не уйдём. А вот твои подруги, увы, будут вынуждены нас оставить.

– Что?! – рявкнула Марти. – Ты собрался выставить меня ночью из моей же комнаты?

– Да, – самодовольно бросил парень, а потом кивнул своему другу и добавил: – Римс, прошу, помоги девушкам выйти.

И к моему ужасу, темноволосый рослый парень, больше похожий на пахаря, чем на аристократа, схватил за руки Нори и Мартишу и быстро поволок к двери. А они хоть и пытались сопротивляться, упирались, царапались, даже кусались, но при этом от них не исходило ни единого звука. Даже шагов слышно не было, будто кто-то просто накрыл их пологом безмолвия. Хотя… наверное, так и было.

Из-за того, что использование магии для учащихся на территории Астор-Холт оказалось закрыто, многие студенты пользовались артефактами. Видимо, у этого верзилы как раз имелся такой. Потому теперь моя надежда, что девочки смогут позвать на помощь, растаяла, как утренний туман.

Едва они покинули комнату, Эмильер лениво подошёл к двери, дважды провернул в замочной скважине ключ и закрепил на створке странный круглый предмет, похожий на массивный медальон. После этого вокруг стало до жуткого тихо… словно нас отрезало от внешнего мира глухой стеной.

В этот момент я окончательно поняла, что ничем хорошим наша беседа не закончится. Ведь если бы он хотел просто поговорить, то не стал бы запираться, да и звуки скрывать. А стоило мне заглянуть в его пьяные, полные решимости глаза, и я едва смогла сдержать крик.

– Ну что же ты, дорогая моя невеста, – протянул он, медленно подходя ближе. – Улыбнись будущему супругу.