На осколках зазеркалья

Всё ж день был даже больше, чем трудным… Он оказался слишком насыщенным, и теперь я почти мечтала о том моменте, когда доберусь до подушки.

Когда же это прекрасное мгновение настало, я растянулась звёздочкой и улыбнулась собственной победе. Всё же, решение вернуться в группу было не самым плохим, притом, что вместе с этим я получала отдельное жильё, транспорт и средства к существованию. Но в одном папа ошибался – жить я буду не одна. Надеюсь, Катя согласиться составить мне компанию, а уж аргументы для её уговора я найду.

Во всём этом списке плюсов имелся только один минус, но по своей масштабности он был способен перекрыть всё. И имя этому казусу природы – Тимур. Вот кто мог снова всё испортить, но… из этого следует только один вывод: я ни за что, ни при каких обстоятельствах не должна подпускать его к себе ближе, чем на два метра. Иначе всю мою жизненную идиллию ждёт полный крах. А этого допускать никак нельзя!

Глава 5. Начало новой жизни

Одинокая серая мышка

В дорогущей сидит конуре.

Говорят, она глупая слишком,

Раз участвует в этой игре.

Говорят, она в клетку попала,

Убегая от старых потерь,

Среди ласки продажной пропала…

И поймал её пламенный зверь.

Она плачет ночами над златом,

Свои лапки грызёт до крови…

Ничего уже мышке не надо -

Ей бы в сказку о вечной любви.

А с утра всё изменилось…

Можно сказать, что у меня началась совершенно новая жизнь, в которой больше не было жуткой дилеммы о том: вернуться в группу, но пойти против гордости, или подставить ребят, но остаться верной себе.

Теперь же решение оказалось принято. Более того, я довольно быстро осознала, что такое положение вещей устраивает меня со всех сторон. Ведь всего за одно согласия вернуться в ОК я получила, новенький автомобиль представительского класса, огромную квартиру, аренду которой оплачивал Толик, довольно приличный доход, да ещё и возможность заниматься любимым делом. И во всём этом множестве плюсов имелся только один большой жирный минус.

И вот имя этого минуса мне даже называть не хотелось. А стоило вспомнить, что этот крендель вчера сделал, и меня снова начинало трясти. Наверно тот жуткий момент теперь всю жизнь будет мне сниться в кошмарах. Даже сейчас, стоило прикрыть глаза, и перед мысленным взором снова и снова появлялась та же жуткая картина: полумрак кабинета, Тимур с окровавленным запястьем… выпавший из его руки нож… и взгляд, в котором так и читается: «Я сейчас умру.