Эргай. Новая эра Земли

 – Конспирацию можно назвать успешной?

– Более чем, – ответила я, разглядывая его обнаженные плечи, крепкие руки, торс с кубиками мышц. И лишь добравшись взглядом до резинки шорт, усилием воли заставила себя опомниться и снова посмотреть ему в лицо.

– Нравлюсь? – с доброй усмешкой бросил Гай. Но дабы не ставить меня в неловкое положение, ответить тоже решил сам: – Приятно, если нравлюсь. – И, пройдя мимо меня, сам же перевел тему: – Покажешь мне особенности местного водоема?

– Да какие у него особенности? – хмыкнула я, разворачиваясь и теперь следуя обратно вниз за Гаем.

– Ну, давай на море, – весело бросил он. – Хоть посмотрю на полураздетых землян. У вас ведь тут общественные пляжи?

– А… как же твое наказание? – уточнила я, прекрасно помня, как в прошлый раз что-то непонятное давило на него, заставляя вернуться обратно на поляну.

– Сегодня его с меня сняли, – довольным тоном пояснил он.

– То есть теперь ты волен передвигаться по планете как угодно?

– Не совсем. Но почти.

Мы дошли до машины, и разговор сам собой переключился на нее. Гай поначалу смотрел на мой «Ниссан» с сомнением, в душный салон забирался и вовсе с непередаваемым выражением на лице. А когда мы поехали, только усмехнулся, сообщив, что, несмотря на ощутимый технический прогресс, наши автомобили все равно мало чем отличаются от телег.

А на море предсказуемо оказалось людно. Настолько, что даже мне, привыкшей к таким толпам с детства, захотелось развернуться и уйти. Чего уж говорить о Гае.

И тем не менее мы с ним все-таки пошли по пляжу в поисках свободного участка суши, правда, таковой нашелся лишь под самой скалой. Единственным плюсом этого места был небольшой участок, укрытый тенью, вот именно туда и улегся порядком уставший Касти, который явно не желал идти купаться вместе с нами.

Я надела на своего пса поводок, привязала к большому камню и только после этого направилась в воду. Гай же стянул кепку, шлепки, вытянул из кармана галути и положил на камни рядом с Кастлом.

– Теперь ни за него, ни за наши вещи не стоит волноваться, – сказал он мне, заметив непонимающий взгляд. – Каждый, кто попытается причинить вред, будет остановлен.

– Но… Это ведь чуждые нам технологии.